— А можно прямо отсюда есть? — робко спросил Кратер.

— Чертенок, ложки неси! — велел Владимир, не отводя глаз от плова.

Сэм ловко прыгнул к ящику с приборами и выудил ложки. Раздав всем приборы, Сэм первый нырнул в казан. За ним последовал Владимир и только потом Кратер приступил к еде. Сначала он ел аккуратно. Про себя он осуждал с какой скоростью и жадностью поглощали другие ужин, но когда плов быстро начал уменьшаться на глазах, ему стало некогда рассуждать. Проглатывая мясо большими кусками и не подбирая упавший на стол рисинки, в определенный момент Кратер понял, что объелся и с проигрышем положил ложку. Чуть погодя сдался и Сэм. Расстегнув на рубашке пуговицы, он показал напряженный живот и довольно похлопал по нему. Владимир остановился только тогда, когда казан полностью опустел.

— Теперь можно и отдохнуть, — произнес Сэм.

— Будто ты работал, франт! Чего так вырядился?

— Схватил, что первое попалось под руку.

— А простынь где?

— Оставил там, где эту одежду забрал.

— Дурак! — рассердился Владимир. — Будто у меня простыней много!

— Ладно, не ворчи! Завтра будет у тебя этих тряпок хоть сто штук! А сейчас я спать.

— Какой спать? Ты время видел? — удивился Кратер.

— Я уже вам объяснял: в этом мире я чувствую голод, усталость и нужду пописать, что я уже сделал, когда оказался на чьем-то балконе, тыря эту рубашку. Сделайте рожи попроще! Не прямо на балконе, а с балкона. Ну я же не совсем животное.

Сэм переместился к кровати голый. Его одежда осталась на прежнем месте и упала на пол.

— А убираться кто будет? — спросил Владимир.

Сэм сделал презрительный взгляд и постучал об дверцу шкафа три раза. Владимир с Кратером смотрели на него и ждали чуда, но ничего не произошло. Тогда Сэм похлопал три раза ладонями.

— Сломались что ли? — пробурчал он, разглядывая руки.

— Ты что делаешь? — поинтересовался Владимир.

— Твоего домового пытаюсь вызвать.

— Он не придет.

— Почему это?

— Ты последнее зеркало разбил в этом доме.

Сэм осмотрел дом и остановился взглядом на окне.

— Вон стекло есть! Пусть через него приходит.

И Сэм еще раз похлопал. И еще. И еще.

— Может, чаю? — спросил Владимир у Кратера.

Кратер отрицательно завертел головой.

— Извольте чай пить у Кешбека, — встрял хлопающий в ладони Сэм.

— Лучше уборкой займись, — ответил ему Кратер.

— То есть я вас накормил, а теперь и убираться должен?!

— Тут Сэм прав, — согласился Владимир.

— Я убираться тоже не буду, — сказал Кратер и притянул к себе таз с картошкой. — У меня есть занятие.

— А я чай хочу и в баню…

Владимир замолчал и поджал губы.

— Я забыл про баню!

Он тут же вскочил и вылетел из дома. Дверь осталась открытой и через нее в комнату ветер задул холодный осенний воздух. Сэм и Кратер поежились.

— А ты чего мерзнешь? Ты же из ада!

— У тебя неверное представление обо мне, парень. И лучше бы тебе последовать за Володей.

— Я тебя не боюсь, — твердо сказал Кратер и почувствовал, как его ладони разогрелись.

Сэм опустил взгляд и посмотрел на руки Кратера.

— Боишься, потому что не знаешь, кто я. Но я вреда и вправду не принесу ни тебе, ни любому другому человеку. А тебя я прогоняю потому, что просто хочу поспать. Я тоже устаю, когда использую силу, — улыбнулся Сэм, показывая клыки.

— Ладно, я тебя оставлю.

Кратер в секунду очутился за порогом, держа ручку двери.

— Будь любезен, свет выключи.

Не спуская глаз с монстра, Кратер зашел в дом, выключил свет и закрыл дверь.

Когда Кратер обогнул дом, он увидел, что Владимир собирал дрова. Кратер подошел к нему и начал помогать, но вдруг остановился, заметив, что из трубы бани выходил дым.

— Не погасла, значит.

— Что? — спросил очнувшийся от своих мыслей Владимир.

— Да так… Хотел сказать, что со странными существами ты знаком.

Владимир что-то ответил себе под нос, чего Кратер не расслышал.

— А хочешь знать, какая аура у Сэма?

Уложив в дровник принесенные дрова, Владимир повернулся к Кратеру.

— Я и так знаю, кто он.

— Но я говорю об отличии в энергетике. Я до этого со сказочными персонажами не встречался и не видел их поля, а теперь знаю. У Сэма аура очень холодная. У твоего Кешбека она еле теплая, хотя он вроде бы человек. У его жены она почти холодная, однако она как будто бы тоже человек. Но знаешь, что самое интересное? У детей, которые задирали лешего, и у самого лешего аура абсолютно одинаковая.