Казалось, будто он только что проснулся от страшного сна – и осознал, что это был всего лишь сон.

– Калавий? – удивленный голос Цезаря вернул его в реальность. Квинт помотал головой, - Калавий, ты меня ищешь?

– Тебя-тебя. Я кое-что выяснил, - прошептал Квинт и махнул рукой, увлекая его за собой.

В сторону от вездесущей толпы, целиком состоящей из любопытных ушей.

– Ну что у тебя там? Выкладывай, - оглянувшись, шепотом спросил Цезарь, когда они оказались достаточно далеко.

– Кажется, я нашел Аймара, - не поднимая голоса, ответил Квинт, - Мне еще надо все проверить, но, думаю, не сегодня-завтра возьмем его.

– Хорошо, хорошо, - задумчиво пробормотал себе под нос Цезарь, - Тащите его сразу к Луцию Марцию Филиппу. Знаешь, где он живет?

После мимолетных раздумий, Квинт кивнул и тут же подозрительно прищурился:

– А почему не к тебе?

– Потому что никто не должен знать, - загадочно отозвался Цезарь.

Ворена и Пулло даже не пришлось искать. Они сами перегородили Квинту дорогу, стоило ему только приблизиться к своей центурии.

– Так, Квинт, я не понял, это что за секреты? – полу-шутливо, полу-всерьез спросил Ворен, уперев свободную от тоги руку в бок.

– Ты о чем? – Квинт постарался сделать так, чтобы вопрос прозвучал непринужденно, но его нервы были натянуты как струна.

Ворен смерил его суровым тяжелым взглядом, что обычно предназначался провинившимся рядовым перед тем, как отчеканить:

– Почему мы последними узнаем о том, что тебя назначили военным трибуном, да еще и не от тебя лично?

Натянутая струна тут же расслабилась и Квинт рассмеялся:

– А чего вам еще там понаговорили? Может быть, я и минотавра голыми руками поборол?

Ворен недоверчиво прищурился:

– То есть, люди врут?

– Преувеличивают. Или недоговаривают, тут как посмотреть, - Квинт пожал плечами, - Мне предложили место, да, но еще ничего не решено. Как-то так. Не хотел говорить, пока все не будет точно.

Нахмурившийся Пулло явно затаил на него как минимум притворную обиду за молчание, а Ворен наоборот понимающе кивнул.

– Слушайте, у меня тоже к вам дело есть, - оглянувшись по сторонам, и обнаружив, что все слишком заняты голосованием и своими обсуждениями, Квинт продолжил, - Помните наш разговор?

Два кивка стали ему ответом.

– Так вот, кажется, я нашел нашего… Друга. Он прячется на Авентине. Предлагаю нанести ему визит после того, как освободимся здесь.

Длительных уговоров не понадобилось. Пулло с Вореном никогда его не подводили, не подвели и в этот раз.

Подсчет голосов затянулся почти до самого заката, и закрывающая выборы речь Бальба стала совсем короткой. Если бы они нарушили регламент хотя бы на несколько минут – результаты всегда можно было бы оспорить, а Квинт сильно сомневался, что это входило в ближайшие планы Бальба – и неизбежно стоявшего за ним Цезаря.

– И избранным консулом становится… - Бальб быстро скользнул взглядом по подсунутой ему помощником табличке и громко объявил так, чтобы все услышали, - Марк Валерий Мессала Руф!

Толпа взорвалась – совсем как в старые добрые, - и улыбка на лице Квинта стала еще шире.

Пока они с Вореном и Пулло добрались до Авентина, сосед с пятого успел не только вернуться домой, но и основательно приложиться к амфоре, судя по запаху.

– О, Квинт, ты опять с женой поссорился? – радостно усмехнулся тот, только завидев его сквозь щелочку между дверью и косяком, - Давай, заходи, я как раз открыл вино.

Дверь широко распахнулась и радость сползла с лица соседа. Стоявшие за спиной Квинта Ворен и Пулло явно не вызвали у него воодушевления.

– Нет-нет, мужики, столько вина у меня нет! – замахал руками он.

– Угомонись, мы здесь не за этим, - сказал Квинт, останавливая поток причитаний, - Помнишь того типа, про которого ты мне рассказывал? Который по ночам шумит и спать тебе не дает?

Сосед на мгновение задумался, а затем его губы растянулись в широкой предвкушающей улыбке:

– Помню-помню, забудешь тут. Он перешел вам дорогу, да? Как замечательно! Хоть высплюсь наконец-то…

Сосед не пустил их к себе, но зато внимательно и благодарно выслушал все то, что Квинт собирался ему рассказать, и подтвердил его опасения, - или же надежды, тут с какой стороны посмотреть.

Загадочный друг Аймара с Субурры на самом деле был с Авентина и все это время находился буквально на шесть лестничных пролетов выше.

У судьбы было странное чувство юмора, не иначе.

Дверь под крышей открылась, едва кулак Квинта коснулся толщи дерева.