– Около месяца.

– Хах, – задумчиво покачала головой она. – Ну, мне не помешало бы немного эстрогена, чтобы уравновесить баланс в этом доме. Чейз – хороший парень. Надеюсь, ты еще долго сможешь его терпеть.

Я сомневалась, что проблема будет именно в этом.

Мог ли я закончить эссе быстрее? Возможно. Хотелось ли мне ускориться, когда Джеймс находилась в моей комнате и выглядела чертовски мило в моей кровати? Нисколечко.

Когда я отвез Бейли домой и вернулся, то нашел Далласа развалившимся на диване. В одной руке он держал бутылку пива, а другой обнимал Шив. На огромном плоском экране, светящемся в темноте, разворачивалась сцена фильма с ревущими бензопилами и брызгами крови. Этих двоих свели странные небеса, благоволящие фанатам ужастиков. Я не брезговал видом кишок или запекшейся крови, но фильмы ужасов никогда мне не нравились. Если уж мне и предстояло досмотреть какой-то фильм до конца, то он должен был быть смешным или полным погони и взрывов. Или же иметь пару-тройку пикантных сцен.

Я притормозил в дверном проеме гостиной.

– Привет.

На заднем плане раздался душераздирающий крик.

Даллас взял пульт и поставил ужастик на паузу.

– Как твоя лодыжка?

– Дает мне помучиться, но постепенно заживает, – ответил я. – Что вы, парочка ненормальных, смотрите на этот раз?

– «Резня бензопилой 6», – Шив зачерпнула горсть попкорна из миски, что стояла рядом с ней. – Самая кровавая из всех частей. Не хочешь присоединиться?

Это было лучше теории экономики, но завтра меня ждала контрольная, а тренер Миллер с момента нашей беседы кружил надо мной, как ястреб. Каждую неделю он загонял меня в угол, чтобы узнать о последних успехах. На самом деле он всего лишь пытался уличить меня во лжи, поскольку уже поговорил с моими профессорами. Если я хотел и дальше играть в хоккей, у меня не было права на ошибку.

– Спасибо за предложение, но мне еще нужно доделать кое-какую домашку.

– Домашку? – наклонил голову Даллас, изучая меня внимательным взглядом. – Это все влияние Бейли?

– Тренер снова надрал мне задницу из-за оценок, – пожал я плечами. – Либо соберусь с силами, либо сяду на скамейку запасных, а мы все знаем, что без меня вам крышка.

– Кстати о Бейли, – решительно сказал он, игнорируя мой подкол и явную попытку сменить тему. – В последнее время ты часто с ней видишься. Не далеко ли ты зашел ради того, чтобы поиграть у Моррисона на нервах?

– Дело не в этом. С ней классно проводить время.

– Потому что она тебе нравится, – указал на меня горлышком от бутылки Даллас.

За его спиной Шив слегка покачала головой, как бы намекая: «Я ничего не говорила». Я ей верил. К сожалению, Даллас читал меня как открытую книгу. Я находился так долго рядом с девушкой и еще с ней не переспал! Это выдавало меня с головой. Единственной девушкой, которую я считал другом, была Шив.

Давайте будем честными – даже я сам не верил, что испытывал к Бейли только платонические чувства. Но чего хотела Бейли?

– Возможно, она мне нравится.

– Даже не думай разыгрывать из себя мачо. Нам и так все ясно, придурок, – отозвался Даллас. – Но я хотел удостовериться, что ты знаешь, что делаешь. Ведь ты не всегда в ладах с собственными тараканами.

Черт возьми.

Ладно, неважно. Я мог это признать.

– Ладно, – сдался я. – Она мне нравится.

– И мне тоже. Можем мы ее оставить? – состроила щенячьи глазки Шив.

– Понятия не имею, – честно признался я. Учитывая, как часто мы в последнее время общались, уже было сложно представить мою жизнь без Бейли. Но я знал ее всего лишь месяц и не совсем понимал, куда мы движемся. Быть может, завтра она вновь сойдется с Моррисоном и больше не станет со мной разговаривать.

– Она и правда кажется классной, – признал Даллас.

– Так и есть.

– А значит, с тобой ей делать нечего, – усмехнулся он.

– Спасибо за доверие, мужик. – отмахнувшись от него, я направился в свою комнату.

– Я тоже тебя люблю, – крикнул мне вслед Даллас.

Позже, когда я забрался в постель, она все еще пахла Бейли. Чем-то сладким – духами? – вместе с другим запахом, который, я уверен, был ее натуральным ароматом. И да хранит меня хоккей, мне он нравился.

Я влип по уши.

Первую часть тренировки во вторник вечером тренер Миллер посвятил наказанию за плохую игру против сборной университета Новой Англии. К середине недели мы уже решили, что нас пронесло.

Сюрприз, придурки.

Теперь все мое тело болело невыносимо – казалось, я умираю. Что еще хуже, мне хватило глупости приехать с Далласом и Таем, так что после тренировки меня ждал паб «У О'Коннора». Ну, к пабу у меня претензий не было. Я испытывал двойственные чувства по поводу толпы, которая постоянно там тусовалась. «У О'Коннора» был местечком хоккейных заек. С некоторыми из них у меня уже были интрижки.