– Тем лучше, – Чейз изогнул бровь и снова приобнял меня за плечи, окутывая мужским теплом и своим пьянящим ароматом. Должно быть, одеколон с запахом кожи и ванили, может, смешанный с чем-то свежим – мылом, стиральным порошком? Чем бы Чейз ни пах, мне захотелось уткнуться носом ему в шею, чтобы сильнее почувствовать аромат.

И тут я вспомнила, как до этого момента думала, что ненавижу Чейза. Сходила ли я с ума?

Мы спустились по трем бетонным ступенькам. Чейз с легкостью приобнял меня, прижал к плечу. Люк, который был со мной почти одного роста, никогда так не делал. Но мы вообще редко проявляли свои чувства на публике. Как, в принципе, и наедине… Если не брать в расчет откровенно плохой секс.

– Это было просто замечательно, – рассмеялась я. – Видел выражение его лица, когда он тебя заметил?

– Никогда раньше не видел, чтобы так краснели, – ответил он. – Поцелуй я тебя, у него голова бы взорвалась, забрызгав своим содержимым всю стену.

Что ж, а это идея.

Я посмотрела через его плечо на огромное эркерное окно. В нем виднелись очертания нескольких сидевших на диване фигур. Негодование возобладало над здравым смыслом.

– Хорошо, – заявила я. – Сделай это.

Чейз посмотрел на меня, и его глубокие карие глаза заблестели.

– Что? Правда?

– Конечно, – пожала я плечами. – Это же всего лишь поцелуй.

То есть я так думала.

Я же не стала бы целовать его в ответ.

Верно?

Его губы изогнулись в едва заметной улыбке.

– Раз ты настаиваешь.

Волнение пронзило меня подобно пуле. Я напряглась, ожидая, что Чейз немедленно приступит к делу. Однако он, все еще приобнимая, провел меня на несколько шагов вперед, пока мы не остановились возле его грузовика.

Вместо того чтобы открыть дверцу, он схватил меня за бедро и медленным, продуманным движением развернул к себе лицом. У меня перехватило дыхание, когда он шагнул вперед и заключил меня в объятия. Его широкая фигура окружала меня со всех сторон, в то время как спиной я была прижата к пассажирской дверце. Пойманная в ловушку. Самым чудесным образом.

Теперь, когда я оказалась в пределах гравитационного поля Чейза Картера, сопротивляться притяжению было просто невозможно. Мгновение он смотрел мне в глаза, прежде чем потянуться к губам. Затем он замер, у основания горла пульсировала жилка. Мое сердце бешено колотилось, пока я, выжидая, следила за ним.

– Что ты делаешь? – прошептала я.

– Целую тебя. – Чейз снова поднял глаза, чтобы встретиться со мной взглядом. – Как следует.

Он обхватил мое лицо руками. Мои веки затрепетали, и я закрыла глаза, когда Чейз наклонился еще ближе и поцеловал меня. Неосознанно я приоткрыла губы, и он углубил поцелуй. На вкус – как морозная мята и разбитое сердце. Остальной мир перестал существовать.

Я провела пальцами по груди Чейза, ухватилась за ткань его белой футболки. В ответ он издал тихий гортанный звук одобрения. Положив руку мне на затылок, он прижал меня к грузовику и потянул за волосы, слегка приподнимая мое лицо.

Никогда раньше меня так не целовали.

Этот поцелуй был подобен падению.

Когда Чейз слегка отстранился, его губы изогнулись в улыбке, но после он снова накрыл мой рот своим. Игриво, противоречиво. Я могла бы заниматься этим всю ночь… покусывать, пробовать на вкус, дразнить. Я уже не помнила, почему мы вообще решили поцеловаться: меня это не заботило, но я не желала, чтобы это заканчивалось.

Спустя еще одно мгновение Чейз отстранился. Мое дыхание стало прерывистым, сердце бешено колотилось. У меня кружилась голова. Если бы не грузовик, на который я опиралась, я бы точно не удержалась на ногах.

– Ну, – сказал Чейз. – Думаю, вышло довольно убедительно.

Меня так это точно убедило.

Я постаралась, чтобы мой голос звучал ровно.

– Да. Мне тоже так кажется.

Выражение лица Моррисона сегодняшним вечером? Просто загляденье.

Возможность провести время с Джеймс? Даже лучше.

Каково целовать ее? Чтоб меня, я вляпался по уши.

Мгновение спустя мы уже сидели в грузовике Чейза, выезжая с места, на котором он незаконно припарковался. Я все еще была в смятении после поцелуя, но пыталась вести себя как ни в чем не бывало. Он, должно быть, всех так целовал. Вряд ли для него это что-то значило.

Хотелось бы сказать то же самое и о себе.

– Чтоб ты знал, – заявила я, – я не неуклюжая.

Чейз украдкой взглянул на меня и улыбнулся.

– Так вот почему ты чуть не свалилась с бордюра возле «ИксЭс»?

– В ту ночь я совершила много вещей, которые обычно не стала бы делать.