Шрифт:
«Шоха», пробуксовав, сорвалась с места и борзо влилась в поток машин на улице Горького. Потерпевшие понуро побрели в сторону учебных корпусов. Леха, в душе кляня свою трусость, зашёл в общагу.
Глава 15
– Когда уезжаете? – после краткого сообщения о предстоящем выезде, спросил Харламов.
– Через неделю примерно, – Леха пожал плечами, – после собрания точно всё скажут…
– Аккуратнее там, – улыбнувшись явно чему-то своему, сказал товарищ.
– Как получится, – Малыгин смиренно приподнял брови, – б ез нокаутов в этот раз буду стараться.
– А-а, давай лучше с нокаутами, – Харламов зримо вернулся в разговор с другом, – только нежно и ласково. Чтоб никто не обижался!
– На лето какие планы? – осмотрев чуть мятую рубашку, перевёл взгляд на Леху Харламов, – домой, на юга, к бабушке в деревню?
– Не решил ещё… Обычно к родне в Переславль. Ну и пару раз в Сочи ездили…
Леха и в самом деле забыл уже ту, свою детскую жизнь, с родителями и школьными каникулами.
– Саня базу отдыха на Белом озере отжал у кого-то год назад, – пробубнив сквозь одеваемый через голову свитер, сообщил Дмитрий, – там вахтовым методом охрана нужна.
В целом, тема спокойная, публика приличная. Всякие депутаты и шишки из Москвы. Охрана нужна, чтоб кресты местные не лезли, да и для понтов больше. Иногда пошестерить нужно, мангал разжечь или до посёлка за бухлом сгонять. Сколько не привозят, никогда не хватает. Один раз даже на вертолете в Череповец за коньяком летали. В сельмаге-то нет ни хера. Но зарплата достойная, заодно и свежим воздухом надышаться можно. Заявить тебя?
– Не знаю, не думал… А когда?
– После майских ответ надо дать, – Харлам принялся шнуровать ботинки, – можно месяц отработать, можно все лето. Как бабки нужны, так и работай…
– Давай я родакам позвоню и после выходных определюсь.
Лехе идея заработать, в целом, понравилась. Последние пару лет он на школьных каникулах подрабатывал на овощебазе и на ликеро-водочном заводе. В основном разнорабочим, но плеер и модные брюки-слаксы смог купить на собственные средства. Правда, хотелось и домой смотаться. Но, наверное, можно и совместить.
– Тогда уж после Питера, – уже в дверях обернулся друг, – может первое место возьмёшь, как КМСа тебя подороже продам, рабыня Изаура!
И хохотнул, прихлопнув расшатанную створку.
* * *
«Бандитский Петербург» встретил где-то на перегоне после Тихвина. Изделие железнодорожной промышленности со столетней историей – плацкартный вагон – тягуче волок в своём тулове разномастную человеческую массу. Ехать-то было не очень долго – ночь всего, но Леха, несмотря на предвкушение первого в жизни визита в северную столицу, чувствовал себя некомфортно. В Питер было направлено четверо, вместе с тренером младшей группы Анатолием Васильевичем Шведовым, купе всецело принадлежало команде. Но располагалось оно около выхода, створки которого в течение всей поездки хлопали увесисто и зло, а за стенкой, в туалете, под утро, кто-то долго и надсадно справлял нужду. В довершение, засранец, уйдя в свой вагон, оставил открытыми настежь межвагонные двери. И ночь наполнилась грохотом железных колесных пар.
Утром, встав раньше всех, Леха умылся и, прихватив бутерброд с колбасой, вышел в тамбур. До Питера было часа четыре, пассажиры, в большинстве своём спали и Малыгин, раздумывая над предложением Харламова, уткнулся в мутное стекло прокуренного законырка.
Шум хлопнувшей двери и секундный впрыск железнодорожного шума отвлёк его от размышлений.
Леха повернулся и наткнулся взглядом на молодого мужчину, лет тридцати. Невысокий, но плотный, с характерными залысинами на бритом черепе и, торчащей из-под широкого свитерного ворота, татуировкой на ключице.
– Часик в радость… – интонация и сиплый голос сразу же выдали выпускника тюремных университетов.
– Физкульт-привет, – к ивнул Малыгин.
Это приветствие он нередко слышал от Харламова, когда тому нужно было обозначить границу в беседе с блатными.
– Куда лыжи мылишь, пацанчик? – собеседника не смутил ответ спортсмена, – В Питер, на учебу в институт?
– Типа того, – Леху всё ж встревожила неожиданная встреча и постоянно зыркающий в стекла дверей попутчик.
– Сам откуда? – тот достал пачку «LM» и, размяв сигарету, сунул в узкую щель рта.
– Из Вологды…
– «Конвой из Вологды не до чечеточки…», – мурлыкнул курильщик и щёлкнул зажигалкой. Фаланги пальцев были густо усыпаны синими перстнями. – Типа, спортсмен?
В голосе звякнуло угрозой. Но Леха не боялся: та школа жизни, ускоренными курсами, которую вбивал в него Харламов, давала знать о её успешном прохождении.
– А что?
– Раз люди спрашивают, то отвечать надо… – зловещий прищур скользил по лицу и торсу молодого парня.
– Ну есть немного…
– Вот… – струя сигаретного дыма, угодив в центр майки, расклубилась по тамбуру, – значит, жизни не знаешь, на общее не уделяешь, о порядочных арестантах не думаешь… Так?