Крутин осторожно взял её в руки. Шашка была не учебной и заряженной.

— Ничего себе, — произнёс Войцех Казимирович, приподымаясь со своего места. — Это он, наверное, в войсковой части стянул.

— Валялась, — обиженно сказал Шурик. — Никому не нужна была, я и взял.

— Шурик, — спросил Сергей, — а что это такое?

— Штука, — коротко ответил он, продолжая рыться в ящике.

Крутин хмыкнул:

— Это бомба! Причём настоящая.

Шурик резко развернулся к нему.

— Да? — загорелся он. — А как взрывать?

— Вот так, — показал Сергей, не дотрагиваясь до шашки. — С ума можно сойти, держать у себя такое. Я пойду её выброшу.

— Нет! Не-ет, — взмолился Шурик. — Не надо. Лучше мы её взорвём.

Крутин с сомнением посмотрел на поляка.

— Ладно, — сказал старик. — Завтра вместе взорвём. Пусть лежит, все равно за ночь с ней ничего не случится.

— А такое? — наконец спросил Шурик, поворачиваясь к нам со старой деревянной моделью какого-то корабля.

Сам макет был сделан из дерева, но мачтами служили воткнутые в корпус стальные спицы.

Сергей с Шуриком принялись за дело. Вытянуть спицы у них не получилось, поэтому пришлось просто отломать их у основания.

— Так, теперь, Серёжа, возьмите одну, а другую дайте мне. Вставьте свою в отверстие.

Крутин осторожно просунул тонкую спицу в замок на левом браслете.

— Наклоните немного. Вот так. Теперь подайте чуть вперёд, она должна упереться.

Сергей постарался в точности выполнить указания Войцеха Казимировича.

— Достаточно, — сказал старик.

Правой рукой он ввёл свою спицу в отверстие замка и начал медленно её поворачивать. Замок щёлкнул, браслет распался.

Шурик заворожённо следил за их действиями.

— Ух ты! — прокомментировал он.

— Все, — сказал поляк. — Теперь следующий. Такую же процедуру они повторили со вторым браслетом.

— Ф-фу, — вырвалось у Войцеха Казимировича, когда он наконец освободился от своих сомнительных украшений. — Можно выбрасывать.

Разомкнутые наручники висели на его указательном пальце подобно дохлому червю.

— Не надо, — попросил Шурик. — Оставьте мне.

— Нет, Шура, — строго сказал Войцех Казимирович. — Мы бы с удовольствием отдали их вам взамен испорченного фрегата, но, поверьте мне, будет лучше, если их никто не найдёт. Тем более у вас. А вот это…

Поляк взял обе спицы и аккуратно вставил их в отворот своего пальто.

— Это я у вас возьму. Никогда не знаешь, что может пригодиться. Пусть побудут, на всякий случай. Шурик, мы вам возместим ущерб, если позволите…

— Ой, не надо, — зарделся Шурик. — Можно, я их вам так подарю?

— Ну что же, — сказал Войцех Казимирович. — Тогда разрешите просто поблагодарить от всего сердца.

— Да ну что… — совсем растаял Шурик.

— Серёжа, — повернулся старик, — если вам нетрудно, забросьте этот металлолом в реку. Подальше.

Крутин взял браслеты. Они были абсолютно новыми, матово-чёрными. Внизу на левом была надпись.

— Видите, — показал он её поляку, — «Made in Belgium».

— Вижу, — подтвердил тот.

— Не наводит ни на какие размышления?

Старик упёрся тростью в пол и сложил руки на набалдашнике.

— Я знаю, Серёжа, какими наручниками пользуется наша милиция. То, что это не они, мне уже давно стало понятно. Но большего эти браслетики нам, к сожалению, ничего рассказать не могут.

Сергей снова пожал плечами, но ничего не сказал. Вместо этого он поднялся и двинулся к выходу из норы. Ника провела его до границы жилья, проследив, чтобы Крутин чего не спёр по дороге, и вернулась к хозяину.

Воздух снаружи ожёг лёгкие Сергея холодом. Зябко поёживаясь и пытаясь разобрать в темноте, где что, чтобы не налететь на какую-нибудь корягу, он подошёл к реке, лениво плескавшей о поросший кустарником берег. Что было силы размахнулся и зашвырнул железки подальше, к середине речки.

Сергей засунул руки в карманы. Что ж, один день ему удалось продержаться.

А дальше? Нужно признать, что за истёкшие сутки Крутин только и делал, что убегал. Ему повезло, и он остался жив. Это плюс. Но, если так будет продолжаться, плюс превратится в минус. Нужно менять тактику. Переходить от обороны к нападению. Вот только на кого нападать?

Сергей зевнул. Вот сейчас они заночуют, а утром с новыми силами, на свежую голову… Крутин потянулся так, что захрустели суставы, и полез обратно в нору.