Тихонько, как она уже давно научилась, Клара открыла входную дверь чтобы никто не проснулся, запаха никакого в квартире не стояло, значит дома вчера никто не пил и надо осторожней пробираться к себе. В своей комнате Клара первым делом переоделась, перемена одежды сделала ей неожиданно приятно, она подумала, что уже давно вот этого не испытывала, когда, будучи замёрзшей и мокрой одеваешь свежие и сухие вещи. Сильная усталость буквально в тот же миг стала валить её с ног, но Клара решила перед сном посмотреть на своё отражение. В комнате не было большого зеркала, было маленькое косметическое и девушка с какой-то тревожностью, не понятно почему возникшей, ведь всё что там она увидит, она примерно знала, взглянула на себя.

Но на этот раз шарахнулась от своего отражения так, что чуть не выпустила из рук зеркальце, а когда поднесла второй раз, то уже рассмотрела внимательно: разорванный рот, очень глубоко, чуть ли не до ушей, глаза налиты кровью, а из носа стекает и повисает в воздухе что-то белое, Клара машинально вытерла над губой, но стекало только в отражении, а самое главное, что смотрела на неё не двадцати двухлетняя девушка, а глубокая морщинистая старуха, с редкими седыми волосами. Немного мурашек пробежало по её спине, и она, закрыв складное зеркало положила его на стол. Надо бы помыться, но тогда есть шанс разбудить родителей и нарваться на вопросы. Легла спать так.

Проснулась Клара только вечером. Голова тяжёлая, да и не хочет ни о чём думать, вся постель мокрая и ещё боль в горле противная и дерущая что-то там внутри, что никак не убрать, что только не делай и как не кашляй. Поднявшись она сразу почистила зубы и пошла на кухню ставить себе чай, без сахара, она считала это действенным лекарством при простудах. Мать ничего не сказала, видимо сегодня пила, в последнее время она перестала трогать Клару в таком своём состоянии, отец скорее всего уехал по делам.

Попила чаю, поела, что нашла в холодильнике и пошла курить. «Может не надо, пока горло болит», — мелькнуло в голове. «Уже так делала, ничего страшного», — успокоила её следующая мысль. Пару раз чиркнув зажигалкой Клара выдыхала длинный столб голубоватого дыма. Прокашлялась. Завтра на работу, а спать будет не хотеться, да и Иван опять начнёт бухтеть, а ещё денег вряд ли хватит до зарплаты. Оборвав этот круговорот бессмысленных думаний, она пошла домой, где из-за того, что состояние после курения стало резко хуже, измерила себе температуру. Тридцать восемь градусов. «Видимо заболела, ладно, пройдёт», — подумала Клара и включила компьютер, чтобы посмотреть что-нибудь, потому что спать совсем не хотелось.

06.2043

Ни на следующий день, ни даже к наступлению следующих выходных боли у Клары в горле никуда не делись, чай без сахара как единственное лекарство на этот раз «почему-то» абсолютно не помогал, как и курение, которое из-за болезни никто не собирался поубавить. Однако даже в плохом состоянии и с температурой Клара отработала два своих дня, постоянно на всём протяжении смен сглатывая слюну, каждый раз надеясь, что боль куда-то денется и теперь вот точно станет легче. Однако на выходных провалявшись два дня дома, стало очевидно, что к следующим сменам стало только хуже. К общей слабости и болям в горле прибавились ещё и какие-то тягучие боли в носу, без насморка, даже без заложенности, но отчётливо казалось, что он какой-то опухший, да и на голос это влияло. Ивану она ни о чём не говорила, даже плохое самочувствие старалась скрыть, но он всё равно будто бы что-то заметил, потому что немного шарахнулся, если так можно назвать его совсем легкий испуг, после того как увидел свою подчинённую. В итоге к исходу второй смены, когда часы на экране кассы писали «16:01», начальник спросил у неё:

— С тобой всё нормально? — это было не грубо, но точно не содержало какого-то сочувствия.

— Да, вроде, — ответила Клара искаженным, из-за гадкого ощущения в носу, голосом.

— Так сразу и не скажешь, — он помедлил, — я не буду допрашивать, что с тобой случилось, но сходи хотя бы в аптеку.

Сердце Клары встрепенулось, она подумала, что Иван как-то узнал о её пятничных злоключениях, и сама того не осознавая, испуганно посмотрела на него, в голове прокручивая вариант за вариантом, откуда он мог выведать про тот бар и что там было.

— Пройдёт, — с улыбкой ответила Клара, пытаясь теперь делать вид, что не понимает о чём он.

— Зачем ждать, сходи купи себе какие-нибудь антибиотики, похоже, что это ангина, и фурацилин, чтобы промывать нос.

— А, ну да, — отлегло у неё, — я и хотела попроситься сбегать в аптеку.

— Ничего ты не хотела, — тут же посуровел Иван, — погода же нормальная, где ты заболела?

— Не знаю почему так, — Клара совсем не хотела продолжать разговор, но надо было хотя бы из вежливости, — вроде ничего не сделала чтобы заболеть.

— А курить не пробовала бросить, чтобы не заболеть?

— Я вроде не спрашивала, — вздохнула Клара и вернулась к коробкам в которых ковырялась.

— В общем сегодня в пять можешь уйти.

— Так Оля же тоже уходит в пять.

— Я побуду, ничего страшного.

Странный коктейль смешался в душе Клары, с одной стороны нужно поблагодарить заведующего за то, что отпустил пораньше, а с другой было немного противно, что он поучает её, хотя разница в возрасте у них не такая уж и большая, не больше лет пяти. Но всё-таки когда наступило заветное время, то закончив свои дела она попрощалась с Олей и с Иваном выскочив из магазина, и честно отправилась в аптеку. Что там покупать она знала, потому что когда болезнь не облегчилась за первые три дня Клара уже поставила диагноз себе по интернету, откуда выяснила, что у неё скорее всего ангина, которую нужно лечить антибиотиками, полосканием горла фурацилином и дополнительно не помешают какие-нибудь витамины, ну и к тому, что заведующий посоветовал промыть нос она тоже отнеслась вполне серьёзно, потому что боли в нём уже были не на шутку, причём они проявлялись только в момент разговора, и давали о себе забыть, когда молчишь, чем отнимали возможность хотя бы психологически подготовиться к тому, что сейчас будет больно.