— Не такой уж плохой сон, — неуверенно улыбнулась я, хотя внутренне понимала, что продолжение, должно быть, было не совсем радужным.

— Да, но…Эта женщина попыталась мне что-то сказать. Но её платье вдруг стало красным, и она начала задыхаться, и…Я испугался, попытался убежать, но она схватила меня за руку, указала на тебя, а после отрицательно покачала головой.

— А…потом?

— Потом она упала и умерла.

Откинувшись на спинку кресла, я закрыла лицо руками, не скрывая протяжный тихий звук, похожий на вой. Марвин не хотел меня запугивать? Что ж, благодарю, только теперь я готова незамедлительно упаковывать свои вещи. Всего лишь совпадения? К черту этот эксперимент, можете даже деньги не платить, я попросту хочу оказаться в своей уютной квартирке, пить остывший чай и листать новостные ленты в социальных сетях.

— Мне стало интересно, и я спустился в библиотеку, а затем пошел на чердак, и…

— Марвин, прошу, давай короче.

— Я нашел портрет этой девушки. Её звали Авалона Кроули, и она была последней, двенадцатой женой герцога Кроули. Жила в девятнадцатом веке. Но новость даже не в этом. За её портретом я нашел это, — с этими словами парень протянул мне старый листок, на котором были изображены цветы с неразборчивыми подписями. Листок походил на вырванную страницу из справочника по ботанике, но Марвин тут же перевернул его, где в столбик были выписаны двадцать имен, написанных очень коряво и некрасиво. Но наибольшее внимание привлекали длинные подписи сделанные рядом… — Мы с Брисом долго расшифровывали эти каракули, и то, что вышло…В общем, посмотри, — он развернул тетрадь, демонстрируя мне разворот с переводом. — Некоторые имена мы так и не смогли разобрать…

«Твила Кроули. Сожжена мною в часовне за убийство своего же сына — Айзека Кроули. Перед смертью назвала убитого сына цербером, следующим за Вилфордом».

«Флоретта Кроули. Убита мною выстрелом из арбалета по пожеланию господина. Перед смертью назвала себя игрушкой, в которую надоело играть».

«Ханна Кроули. Казнена четвертованием за измену господину. Перед смертью только крик».

«Цинния Кроули. Убита мною топором за «бесполезность». Перед смертью — просьбы о пощаде».

«Авалона Кроули. Убита мною ножом за содействие врагам господина. Перед смертью произнесла лишь «Кровопийцы»».

«Доротея Виктимус. Покончила с собой за неделю до помолвки».

«Лаверн Кроули. Погиб в возрасте одного года. Слабое здоровье».

«Элиза Кроули. Погибла в возрасте двух лет. Слабое здоровье».

«Альпин Вогелл. Покончил с собой после того, как вылил на господина чай. Утопился в реке».

«Черис Кроули. Убита мною через повешение за покушение на убийство своего сына — Габриэля Кроули».

«Абби Крия. Была убита Айзеком Кроули. Причина неизвестна».

«Лисса Крия. Была убита Айзеком Кроули за то, что лгала».

Я отбросила от себя листок, чувствуя, как мгновенно замерзает всё моё тело. У меня закружилась голова. Снова начало тошнить. Мне очень плохо. Хочется плакать, но не получается, я пытаюсь собрать всё воедино, но голова разрывается от боли. Вскочив с кресла, я пошатнулась: весь мир закружился перед глазами, и я рухнула обратно, так и не добравшись до сумок под кроватью. Марвин схватил меня за руки, но пальцы были такими холодными, что он начал их массировать, пытаясь нормализовать кровоток. Когда же дрожь унялась, из глаз хлынули слёзы. В груди что-то больно давило, и скрутило живот. Я точно ощущала собственное сердцебиение, и, хотя пальцы покалывало от холода, по лицу стекали капли пота.

Марвин на мгновение исчез из моего поля зрения, а после вдруг моего лица коснулась холодная вода. Неаккуратно, но старательно, кто-то водил смоченной марлей по коже, всовывая в руки стакан с, как оказалось, подслащенной водой.

— Слышишь? Медленно дыши…Глубже…Во-о-от.

Уж не знаю, сколько прошло времени, но стало легче. Придя в себя я удивленно обнаружила в комнате Агнесс, Джанет, Бриса и даже Арчибальда, что сочувствующе протягивал мне стакан с плещущимся на дне виски.

— Может, не стоит? — настороженно спросил Марвин, но я даже благодарно приняла алкоголь, понимая, что в скором времени окончательно станет легче. Крепкий напиток обжег горло, но это ничто по сравнению с тем, что я чувствовала…

— Я…впервые паническую атаку увидел, — хмуро признался Марвин, заламывая руки.

— Это мы поняли по тому, что ты начал всем подряд названивать, — осуждающе ответила Джанет, присаживаясь рядом со мной, и кладя свою руку мне на колено, — как ты себя чувствуешь, Трис?

— Теперь относительно неплохо…

— Марвин, придурок, зачем ты показал ей эту хрень?!

— Да я же не знал, что она так отреагирует…

— Да уж, выглядит, как страничка из дневника убийцы-садовода, — хмыкнул Арчи, отодвигая листок подальше, но его перехватила Агнесс, вчитываясь в текст.

— Жуть…Может, опять деталь из эксперимента?

— Нет, — тут же ответил Марвин, — в том-то и дело, что я нашел это на чердаке, за картиной в самом дальнем углу, где стояли горшки с землей. Никому бы в здравом уме не пришло в голову туда лезть.

— Тебе же пришло, дибил.

— Я уже рассказал вам про сон. Может, эта женщина мне специально приснилась, чтобы я нашел эту записку!

— Эй, друг, — засмеялся Арчи, — ты совсем уже того?

— Нет, — строго произнесла я, и все тут же посмотрели в мою сторону. — Эти записи — правда…