— Держитесь! — прокричал он хрипло, не сводя глаз с подползающего змея. — Исчезни во мраке, гадина!

Акридец ударил по синей голове, от чего василиск взвился вверх и страшно зашипел. В этот миг в пасть ему со свистом влетела короткая толстая стрела, и по поляне прокатился торжествующий Сашкин вопль.

— Еще хочешь? Получи! — кричала девушка, посылая новые стрелы.

Василиск закружился в безумном танце, пытаясь выплюнуть инородное тело, причиняющее ему боль. Язык змея вывалился наружу и безвольно повис меж острых клыков, конец хвоста заколотил по земле, поднимая тучи пыли. Гавран продолжал наносить сильные удары по его скользкой шкуре, но раненый монстр не сдавался.

Богдан и Костя готовились отразить нападение третьего змея, но тот повел себя неожиданно. Задумчиво покрутив головой, он подтянул свое невероятно длинное тело к костру и нанес удар хвостом прямо по тлеющим углям. Этот василиск, единственный из четырех, безошибочно определил источник отравляющего дыма и решил покончить с ним.

Искры разлетелись в разные стороны, запахло паленой кожей. Змей, пытаясь заглушить боль, стал бить хвостом направо и налево. Один из ударов пришелся в живот и грудь Богдану и отбросил того к опушке леса.

Жадно хватая ртом воздух, парень с минуту лежал на земле. Первая попытка встать на ноги окончилась неудачей — помешала резкая боль в ушибленной при падении лодыжке. Придерживаясь за кустарник, Богдан кое-как поднялся и понял, что не может ступить и шагу. На правую ногу нельзя было даже опереться, оставалось только прыгать на левой или передвигаться ползком. Скрипя зубами от бессильной злости, он посмотрел на товарищей, окруженных василисками. Сам парень оказался в промежутке между двумя синими хвостами, обладатели которых были всецело заняты отрядом, и его пока не замечали. Меч Богдан выронил, когда получил толчок от змея, никакого другого оружия под рукой тоже не было. Решив любой ценой пробраться к друзьям, он запрыгал на левой ноге по направлению к костру, но на полдороге запнулся и неловко растянулся на животе.

Анжелика, объятая страхом, никак не могла прицелиться и бездумно выпускала стрелы то в одного василиска, то в другого, не нанося им сколько-нибудь ощутимого вреда. Наконец запасы в кожаном колчане иссякли, и девушка, беспомощно разведя руками, достала свой меч, надеясь теперь только на чудо. Увидев упавшего Богдана, она бросилась было к нему, но зацепившись ногой за отлетевшую головешку, рухнула лицом вниз в усыпанную серым пеплом траву, разбив нос и больно расцарапав щеку о сучок.

Змей продолжал бить хвостом по земле, не обращая внимания на Костика, который стоял совсем рядом, выставив вперед меч и ожидая удобного момента для удара. Движения рептилии были плавными и неторопливыми, как в замедленной съемке. «Кажется, он одурел от этого дыма, — думал Костик, — хоть бы совсем вырубился!»

А тем временем четвертый, придавленный, змей выбрался из-под своего убитого собрата, подтянулся к костру, и, обхватив скользким алым языком старика-Гаврана за пояс, легко поднял его в воздух.

— Нет-нет-нет! Только не это! — Сашка выпустила новую стрелу, целясь прямо в слепой выпуклый глаз чудовища, и, к своему удивлению, попала.

Из правой глазницы василиска потекла густая черная слизь. Змей, не выпуская свою жертву, тряхнул головой. Верный меч Гаврана отлетел в сторону и исчез в траве, звякнув о камень.

— Сейчас, Гавран! Я сейчас! — бормотала Сашка, заряжая арбалет.

Костик, увидев старика, висящего в воздухе, бросился ему на помощь. Но только он сделал шаг, как толстый синий хвост, неслышно подкравшись сзади, обвился вокруг его ног и начал их медленно сдавливать.

— Пусти меня, тварь! — закричал парень, безуспешно пытаясь высвободиться.

Сашка снова выстрелила в монстра, пленившего Гаврана, но стрела, скользнув по касательной, улетела в кусты. И это был последний выстрел — ее колчан тоже опустел.

Одноглазый змей, чувствуя свое превосходство, не торопился проглотить акридца. Словно наслаждаясь страданиями своей жертвы, он выделывал языком замысловатые трюки — то поднимал несчастного старика вверх, то опускал его вниз, переворачивая на сто восемьдесят градусов.

Анжелика, поднявшись на ноги и оглядев поляну, с ужасом поняла — все кончено. Костер погас — и змеи скоро обретут свою обычную скорость. Один вот-вот проглотит Гаврана, другой душит Костю, третий, со стрелой в глотке почти пришел в себя и готовится атаковать снова. Богдан никак не может встать, а Денис и вовсе пропал. Осталась только Сашка, но у нее тоже закончились стрелы. Конец игры, как говорит Костик.

А в это время Богдан, отбросив бесполезные попытки встать на ноги, пополз вперед к Косте. Он приметил валяющуюся у костра связку дротиков и надеялся взять ее по пути. Но один из василисков перечеркнул его планы, опустив свое тело прямо на желанное оружие. Волна безысходного отчаяния захлестнула парня. Что сделать, чтобы помочь товарищам, когда счет времени идет на минуты, а сил у тебя несравнимо меньше, чем у врага?

Осознание собственной беспомощности разрывало сердце. Не придумав ничего лучше, парень снова пополз к костру, и вдруг ему на нос села довольно крупная пчела. Он бы не обратил на это внимания, но через секунду насекомых стало уже три. Яркая луна осветила толстые полосатые бока и трепещущие с бешеной скоростью крылышки. Богдан дернул головой, стряхивая их, но пчелы не улетели — теперь они плясали у него перед глазами, загораживая обзор. Молодой человек остановился и замахал рукой, однако навязчивые насекомые, которых было уже не меньше десятка, никак не желали улетать — они продолжали крутиться возле его лица, словно нарочно отвлекая внимание.