— Калеб. Пойдем за мной.

— Но, дорогая, обед еще не…

— ЗА МНОЙ!!!

Крик как кнут ударил по ушам. Калеб думал было показать, кто в доме хозяин… Но увидев взгляд жены понял — не он.

Истерика была очень громкой. Её слышали ВСЕ, кто был на станции. Сопровождалась метанием чего-то тяжелого, иногда стеклянного. Под подобный аккомпанемент обедать было не возможно… по мнению семейства графа. Герцог и его семья спокойно ели, не обращая внимания на склоку. Козетта удивленно смотрела на побледневшего Сагота.

— Так ты… наш брат?!

На лице Козетты появилось выражение крайнего отвращения. Рендал хмыкнул, и впервые при герцогах заговорил. Он говорил противным, писклявым голосом.

— Бастарды — это позор для рода. Ты долже…

— Заткнись, Рендал.

Громовой голос Дувила мгновенно подавил этих двоих. Дувил, вслед за Амандой, откусил кусок котлеты, и прожевав, продолжил.

— Я не понимаю вашего возмущения. Он нам брат. И я верю. Он спас меня на охоте. Сагот, братишка, прости, если раньше обижал.

Сагот не знал, что делать. Дети графа узнали про него… и вдруг один из них встал на его защиту. Но тут же рассмеялась Козетта.

— Дувил, хоть ты и научился говорить, но ты так и остался дурачком! Бастарды — это позор для любого рода!

= Кхм.

— К-кроме королевских и герцогских, р-разумеется!

Небольшой кашель со стороны герцога напугал девчонку. После какого-то момента она не может спокойно смотреть на герцога. Каждый раз, когда она видит его гордый профиль, её сердце стучит сильнее обычного, а стоит глянуть на фигуру, как в голове сами собой всплывают воспоминания о романе… вот только вместо главных героев там она и герцог… Но что делать с женой герцога? М-м-м, она опасная… может, попробовать стать её дочкой? А так как она приемная, можно будет и с герцогом «пошалить», и никакого кровосмешения не будет… Да-да-да, отличный план! [1]

— Впрочем, если герцог готов поручиться, что Сагот — наш брат, то…

— Не впутывай меня в свои семейные проблемы, девочка.

Черт! Нагло сблизиться не удалось. Тогда следует быть аккуратнее. Плюс, Козетта так и не поняла — кому герцог все же благоволит? Саготу? Да нет, не похоже. Дувил? Хм…нет, Дувилу благоволит Аманда, а эта шл… шл… нет, ну Козетта не может плохо называть то, что родилось от плоти и крови его светлости! Кхх, черт. В общем, не то. Рендал тут вообще никак не связан… Неужели, все-таки ей? Герцог на её стороне? И он… он так часто говорит о каком-то боге… неужели он правда существует? Это… это повод кое-что поискать.

Вскоре, ближе к концу обеда, граф вернулся. Он выглядел очень потрепанным, на ухе завис красный цветок, а в штанах были заметны порезы, и даже куски фарфора.

— Слушай, обидно, ну… ничего не сделал… а… Г-графиня пожелала закрыться в своей тайн…

В этот момент по станции пронесся еще один вой. Граф тяжело выдохнул.

— Тайной комнате…

Источник криков приблизился. Двери распахнулись, и в зал влетела взбешенная фурия.

— КТО ПОСМЕЛ ВСКРЫТЬ МОЮ КОМНАТУ?! КОМУ БЫЛО ПРИКАЗАНО… *зафиксирован переход в крайне высокие частоты. Анализ речи невозможен*?! Я ДЛЯ ВАС…

— Молчать.

Одно холодное слово герцогини будто выключило звук. Повисла могильная тишина. Дайнин внимательно посмотрела на графиню, на графа, удостоверилась, что её слова были выполнены, и вновь вернулась к еде. Герцог тоже хмыкнул.

— Кираида, не стойте в дверях. Ваши повара приготовили неплохой обед. Вы же не хотите потерять их труд, и тем более, верность?

Графиня скрипела зубами, наконец сказав.

— Я не собираюсь есть одну еду с тем, кто мне изменял!

Граф только собрался оправдаться, как вдруг… герцог встал на его защиту. Но метод защиты выбесил графа…

— Тогда чем вы лучше Калеба? Или вы уже забыли имя Айр Диак-Лонгир?

Граф побледнел. Слухи про этого Айра ходили уже давно, что не было ни одной графини, в чьей постели он не был. Он надеялся, что это просто бахвальство… Но то, что его жена побледнела, а система показала статус «в панике»… Она врала ему.

Разразился скандал. На сей раз обоюдосторонний. Граф сам не понимал, откуда он знал все эти факты, да и письма и прочие доказательства сами собой появились в его карманах. Он кричал на жену, жена кричала на него, они оба кидали и швыряли на стол какие-то бумаги… К моменту, когда они оба выдохлись, семьи герцога в зале уже не было. Кираида тяжело села в кресло…

— Калеб, ты моральный урод…

— Кто бы говорил, Кира!

— Заткнись. Я подаю на развод.

— Прекрасно! Его величество, я уверен, одобрит!

— Тогда ты должен мне половину своих сбережений и активов.

— ЧТО?! А ты… ты!

— Еще с детьми нужно что-то решать…

— Но…

— Никаких «Но», Калеб! Я забираю Козетту, сыновья твои.

Возмутился Рендал.

— Что-о?! Я не хочу уходить от мамочки!

— Сын, вас слишком много для меня одной.

— А если убрать лишних. Вон, Сагота повесим, все меньше…