Повернувшись, Ракель увидела братьев Фюна и Эту, которые наблюдали за ней из-под крыши своего небольшого дома. Огромные и совершенно одинаковые, если не считать разный набор шрамов на лицах и руках, а еще по-разному сбритых волос. Не обладающие большим умом, но с добрыми сердцами и силой настоящих медведей.

– А разве это имеет значение?
– Ракель скрестила руки на груди.

– Всё имеет значение! – воскликнул громогласно Эта.

– И ничего уже не имеет значения, - гоготнул Фюн и развел руками.
– Но вот, что важно. Как ты и сказала, Гаулар сдался без боя. Народ из Харстада тоже покинул свои дома, отправляясь в путь с этим северным мальчишкой. Разве есть кто-то, кому не интересно знать почему?

Его брат покивал косматой головой.

– Моему отцу, - буркнула Ракель.

– Я бы предпочел сначала послушать этого конунга, - задумался Эта и почесал мощную шею.

– Он несет весть о рагнарёке, вы слышали?
– вздохнула Ракель и подошла поближе к братьям, чтобы их разговор стал тише.
– О вечной зиме, что уже опустилась на самые северные народы: на Холугаланд, на Финнмёрк... Могло ли это заставить людей бросить свои дома навсегда и отправиться на юг?

– Или он влез в их головы и заставил пойти войной на все народы, - Фюн понизил голос, наклонился к лицу Ракель и постучал пальцем по своему лбу, создавая приглушенный пустой звук. – Чтобы стать конунгом всего севера, понимаешь?

– Если сила его так велика, то у нас не будет выбора, – вздохнула девушка.

– Но я не хочу, чтобы какой-то мальчишка подчинил себе мою волю и управлял мной, будто ребёнок деревянной игрушкой!
– Эта ударил себя кулаком в грудь и распрямил плечи, демонстрируя решительность.

– И тогда нам всем лучше умереть, отстаивая свой город?

– Тоже нет, - помотал головой Фюн и крепким ударом по плечу осадил брата. – Сама ведь знаешь, боги давно молчат. Уже третья зима заканчивается, а весны мы не видели. Чем мы смогли запастись? Рыба и та ищет места потеплее, - он поежился.

Ракель задумчиво кивнула. Три года назад впервые была холодная весна, за которой пришло холодное лето. Они потеряли около трети урожая, но смогли справиться, потому что совершили несколько набегов на южные деревушки. Пережив зиму, они столкнулись со второй холодной весной, которая забрала у них половину урожая. Сейчас же, когда третий год холодов приближался к концу, в их городе не осталось ничего. Люди умирали, а те, кто пережил эти страшные годы, сильно похудели и озлобились. Часто люди дрались за еду, но ярл Хрут перестал считать это преступлением. На своем суде он щадил многих, поэтому вскоре Урнес перестал быть безопасным местом.

– Думаете, что рагнарёк и правда надвигается? – прошептала Ракель.

– Одни боги знают, что у нас тут творится. Холодно, как у великанов в носу, а земля отказалась взращивать наш урожай. Даже самые стойкие коровы в этом году испустили дух. У нас одна только Хильда осталась, - братья дружно кивнули в сторону одинокой тощей коровы у них за плечами.
– Да еще собачимся все как старые бабы... Все наши ярлы скоро друг друга поубивают за одно зернышко, что уж говорить о северном полчище! Точно знаю только, что я хочу жить. И есть досыта, чтобы не выронить свой топор в сражении.

– Без еды я скоро ссохнусь до размеров мелкого Льота, который не может поднять щит, чтобы прикрыть свой тощий зад от врага!
– поддержал его братец, и оба невесело хохотнули, так одинаково хлопнув себя по лбу.

Пока они усмехались и еще придумывали шутки про Льота, которого задирали за его тощий вид, Ракель вслушивалась в их слова и не видела там ни одного повода для шутки. Люди голодали. Пройдёт совсем немного времени, прежде чем зима превратит их из воинов в ослабших стариков и старух, которые не смогут держать оружие.

Но ей казалось, что люди северного полчища, стоящие по ту сторону стены, накормлены и обогреты. Для Ракель этого было достаточно, чтобы всерьёз подумывать примкнуть к ним.

– Как бы я хотела послушать этого конунга прежде, чем наши люди начнут умирать в драках за кусок промёрзшего навоза, - Ракель пнула грязь под ногами.

– Твой отец не сдаст город, - пожал плечами Фюн.

– А вы бы что сделали? Сдали?

– Я бы, как ты выразилась, послушал, - Эта разгладил бороду.
– Если севернее нас земля покрылась льдом, то долго ли нам самим осталось? И если у конунга Скалля есть еда и слова, которые меня убедят, то я готов с ним встретиться.

***

Когда совет начался, в небольшом зале у очага, над которым висел котёл с рагу, было не протолкнуться. Тепло и еда манили людей. Сейчас Ракель была преисполнена решимости выступить против отца, хоть и знала, что он упрям, как настоящий баран.

А вот Хрут знал, что сытые и обогретые люди будут слушать каждое его слово. Вряд ли они подозревают, что вяленое мясо, которое сегодня добавили в это ароматное рагу, последнее из запасов ярла. Каждый получал тарелку со скудной порцией и кусок лепёшки. Но этого должно хватить, чтобы подкупить голодных людей.