Лиса разразилась заразным смехом. Интересно, е так насмешили мои слова или она что-то вспомнила?

— Знаешь, это так смешно, — отдышавшись, объяснилась она — Все, как ты любишь, пафоса выше крыши. В этой маленькой, душной комнате решалась судьба Российской империи.

И я, не удержавшись, тоже расхохоталась, задыхаясь в тяжелом одеяле.

— Нет, в тебе видно настоящего писателя даже если ты в другом теле и в другом возрасте, — улыбаюсь я, откидывая одеяло — Будешь чай, чтобы точно соответствовать всем канонам уничтожения судеб?

— Они пили чай, пока рушились их судьбы? — уточняет Лиса

— Они пили чай, пока рушились чужие судьбы, — снова улыбаюсь, пока поднимаюсь с постели — Помни об этом, когда будешь рушить чужие судьбы. Не забывай налить себе чашку чая, когда будешь обдумывать план по разрушению чужой судьбы.

— Это такой тонкий намек, чтобы я сходила за чаем? — хитро улыбается Лиса — Ладно, сейчас схожу.

20 июня 1915 года

Конец весны и начало лета прошли относительно спокойно — девочкам сшили новые траурные наряды, у Наденьки снова разыгралась "базедка", Базедова болезнь. У Владимира же все время была какая-то работа, он не поднимал головы от рукописей и нередко просил Ляну перепечатывать его работы. К Наденьке раза три приходил врач, лауреат Нобелевской премии. Только лауреат, к сожалению.

Незаметно пришло двадцатое число, день рождение девочек. Наденька с девочками с самого утра кружится на кухне, готовя праздничный ужин. Должен был быть весь ЦК, никакого празднования в кругу семьи. Девочки, впрочем, были не против празднования в большом кругу друзей и знакомых. Это было нужно родителям. А нормально отпраздновать можно и ночью, в своей комнатушке. Ульяна припасла бутылочку крайне дешевой, но очень вкусной малоалкогольной продукции. Для празднования шестнадцати(пятидесяти двух лет) самое то.

Ляна с Надей готовили салаты, основные блюда и думали что можно сделать с напитками. А Лиса все свое внимание подарила тортам, пирогам и прочим изделиям из теста. В планах были пирог из ревеня и торжественный торт.

К вечеру Ляну выдернул из приветливой обстановки кухни отец.

— Как вкусно пахнет, мои вы хозяюшки! — улыбаясь, на кухню вошел Владимир. — Позвольте украсть одну из прекрасных дам.

— Одну из прекрасных дам? — улыбаясь, переспросила Наденька — И кто тебе нужен?

— Мне бы тебя, но ты занята, Надь, — на полном серьезе провозгласил Ульянов — Отпустишь со мной Ульяну, печатать часть моих набросков?

— Лян, ты как, свободна? — спрашивает Надя, не отвлекаясь от помешивания бульона

— Да, уже иду, — я как раз отправила в печку Лисин пирог и была свободна на все оставшееся время. Интересно, зачем я отцу сейчас? И правда печатать часть набросков, или меня ждет крайне интересный разговор на щекотливую тему? Нет, такие разговоры проводила бы мама, наверное. Может что-то случилось? Да вроде тоже нет, ничего не должно было быть. Напрягай свою память, историк ты недоделанный.

Мы молча проследовали в кабинет отца, поближе к печатной машинке. Отец учтиво открыл предо мной двери и спокойно вошел в кабинет.

— Итак, что я должна напечатать? — улыбнувшись, переспросила я — Какие из набросков?

— Да, — отец небрежно достал что-то из кипы бумаг — Вот эти наброски, тут немного.

— Хорошо, — кивнула я, и сразу же села за машинку. Застучали клавиши, набирая нужный текст. После компьютеров в двадцать первом веке я уже ничего не боялась и печатала почти без помарок. Кажется, поэтому отец чаще звал помогать меня, а не маму. Но это демагогия, ничего существенного. Не бумаги же перепечатывать он меня позвал, правда.

— Отец, ты что-то хотел сказать или спросить? — делаю первый шаг к пониманию.

— Скорее да, чем нет. — поднимает голову от бумаг он — Вам с Лисой уже по шестнадцать лет, уже совсем взрослые. А как у вас с наукой?

— С наукой? — не понимаю я — Что ты имеешь ввиду?

— Пойми меня правильно, — он подходит ближе, внимательно смотря мне в глаза — Революция может растянуться на долгие годы, а вам надо развиваться, учиться. Вы должны сдать экзамены и продолжить учебу в университете, получить образование. Вы сможете это сделать?

Ах, наука. Образование, университет… Наверное, мы сможем сдать экзамены и за университет, если очень постараемся.

— Думаю, да, — задумчиво киваю я, продолжая набирать текст — Я уверена, что мы с Лисой сможем это сделать.

— Тогда прекрасно, — кивнул он — Я договорюсь с Инессой, и вы сможете сдать экзамены уже на следующей неделе.

— Хорошо, — кивнула я, мысленно насмехаясь над отцом. Как так можно? Он слишком наивный для роли отца. Но для роли революционера — самое то. — Я сообщу Лисе.