— Я думаю, ты был немного строг с ним. Он не сделал ничего плохого.

— Он мужчина. — Рокко натянул кожаную куртку.

— Я уже выбрала.

— Посмотри, как ты выглядишь. Манера твоего общения. Как ты одета. Я не доверяю никому с членом.

По привычке её рука потянулась к шраму, но когда она открыла рот, чтобы возразить, он предупреждающе поднял руку и покачал головой.

— Не говори этого. Даже не думай об этом, чёрт возьми. В последний раз я собираюсь сказать это, так что слушай внимательно. Сейчас ты ещё красивее, Грейс Кристина, чем была, когда я видел тебя в последний раз в Нью-Йорке, и тогда ты была такой красивой, что у меня перехватывало дыхание.

А потом он распахнул дверь и оставил её стоять, всё ещё прижимая тёплую руку к щеке.

Глава 8

Майк не знал, как утешать красивую, плачущую дочь нью-йоркского босса через закрытую дверь, особенно когда Фрэнки посмотрел на него прошлой ночью так, словно хотел пустить пулю ему в голову. Ему вообще разрешили постучать? Звук плача разрывал ему сердце, и он просто хотел обнять её.

Целомудренное объятие.

Хотя, учитывая, что прошлой ночью, когда Фрэнки ушёл, на ней была только футболка, может быть, просто похлопать по спине.

— Ты там в порядке? — решил поговорить он, так как это казалось лучшим способом сохранить все свои конечности в целости на случай, если Фрэнки неожиданно вернётся этим утром. Де Лукки был крутым ублюдком. Никто не решался перейти дорогу Фрэнки. Он с такой же лёгкостью перережет горло человеку, которого называл другом, как и своему врагу. Майк был крупным парнем. Не так уж сильно он испугался. Но Фрэнки… Да, от этого парня у него мурашки побежали по коже.

И всё же было неправильно оставлять Грейс плакать одну в незнакомой квартире. Только такой холодный ублюдок, как Фрэнки, не понял бы необходимости быть с кем-то, когда всё пошло наперекосяк. Майк знал это, потому что ему пришлось пережить больше, чем положено, и хуже всего было одиночество.

У Майка была изрядная доля одиночества, но вечер пятницы с Тиффани всё изменил. Она была всем, что он представлял себе в постели, и даже больше. Мало того, она дала ему свой номер и сказала, чтобы он позвонил в следующий раз, когда будет гулять со своими друзьями. Он подумал, что это мило, что она стеснялась идти с ним наедине на настоящее свидание, когда они были голыми вместе большую часть ночи, но его план позвонить ей для ещё одного раунда горячего секса был сорван, когда он получил звонок Фрэнки.

Никто не скажет Фрэнки «нет». Он заработал статус под руководством своего отца, Чезаре, одного из самых жестоких, злобных силовиков во всей Коза Ностре. У него была репутация дикаря и резюме с решением проблем кровопролитием. Фрэнки боялись, а иногда и ненавидели, но, похоже, ему это нравилось.

Однако за последний год Майк узнал Фрэнки немного лучше. Он проводил больше времени с командой Нико с тех пор, как его дядя, бывший босс семьи Тоскани, был убит. Раз или два он видел, как Фрэнки почти улыбался, слышал, как он нормально разговаривал, даже выпивал с чуваком на свадьбе Луки и Габриэль. Он начал подозревать, что где-то внутри всей этой тьмы есть обычный парень. И прошлой ночью, когда он увидел его с Грейс, он понял, что это правда.

Он услышал звон цепочки, и дверь распахнулась. Майк быстро опустил взгляд, но не раньше, чем заметил, что она была — слава Богу — полностью одета в чёрное платье в цветочек и пару обалденных ботфортов.

— Я в порядке. Спасибо.

Майк уставился на её обувь и подумал, есть ли у Тиффани такие же. Чёрт. Ему понравилось бы трахать Тиффани только в паре сексуальных сапог.

— Уверена, мисс Грейс? Твой голос звучал не очень хорошо.

— Майк?

— Да?

— Тебе не обязательно пялиться на мою обувь, — сказала она. — Я чувствую себя неловко, разговаривая с твоей макушкой.

— Фрэнки сказал… — Майк прочистил горло.

— Ты уже нарушил правило «дышать одним воздухом со мной», так почему бы не пойти ва-банк и не посмотреть наверх? Я обещаю, что не буду кусаться.

— Я беспокоюсь не о тебе, — сказал он, поднимая взгляд.

— Я возьму вину на себя, — улыбнулась она, хотя её улыбка не совсем коснулась глаз, но всего несколько мгновений назад она плакала, так что он решил, что ей, вероятно, всё ещё грустно.

— Всё в порядке, мисс Грейс. Я немного облажался, когда пришёл. Но я смогу выдержать удар.

— Я уверена, что ты сможешь, но если он ударит тебя из-за меня, его жизнь не будет стоить того, чтобы жить.

Майк расхохотался при мысли о том, что Грейс устроит Фрэнки разнос. Чёрт возьми, он бы с удовольствием на это посмотрел. Но она была принцессой мафии, дочерью грёбаного босса Нью-Йорка. Она привыкла командовать людьми, и, судя по шраму на её лице, ей было не привыкать к насилию. Он полагал, что не многие заметят шрам, но не часто он видел женщину с такой отметиной, которая обычно была присуща мафиози. Не то чтобы это умаляло её красоту. Чёрт, это просто заставляло её выглядеть немного задницей, а красивая женщина задира — вообще огонь.