— Лина, я вижу, как он смотрит на тебя. И это дело времени…

— Кто он? Ты о чём?

— Шеф твой. Скажи ещё, что ты не замечала, — меня бросает в жар и, наверное, я покрываюсь краской. Ведь я не только замечала, а ещё и позволила ему гораздо больше, чем было можно. Олег замечает мою реакцию:

— Он что уже приставал?

— Олег, пожалуйста, у меня с Давидом Всеволодовичем ничего нет и быть не может.

— А со мной? Со мной может?

— Я уже говорила… — опускаю глаза.

Слышу, как щёлкает чайник, разворачиваюсь, чтобы разлить кипяток по чашкам. Но не успеваю, Олег обнимает меня сзади и крепко прижимает к себе.

— Объясни мне, что не так? Почему ты не хочешь попробовать? Я люблю тебя, с Тигрёнком мы общий язык тоже нашли. Лина, ангел мой, — он начинает покрывать поцелуями мою шею. — Давай попробуем. Дай мне шанс.

Чувствую, как слезы стекают по щекам. Олег хороший и обижать его совсем не хочется, но я не чувствую к нему ничего. Вообще ничего. Он разворачивает меня с явным намерением поцеловать, но замирает, увидев слёзы.

— Я обидел тебя?

— Нет, это я обижу тебя. Потому что мой ответ — нет, — говорю мужчине, глядя в глаза.

— Есть другой? — мотаю головой. Он всё ещё держит меня за плечи, а на его лице играют желваки. — Тогда почему?

— Я не знаю, но, чтобы попробовать, нужно что-то чувствовать.

— Я буду любить за двоих, — не сдается он.

— Олег, тебе лучше уйти.

Он обхватывает моё лицо ладонями и прижимается к моим губам. Целует, требует ответа, пытается языком проникнуть в мой рот. Пытаюсь оттолкнуть, хватаю за запястье и пытаюсь убрать его руки. Безуспешно. Сколько это длится, не знаю? Он сдается, но так и не выпускает меня из рук. Олег прижимается лбом к моему лбу.

— Прости, — почти шепотом. — Я влюбился в тебя чуть ли не с первого взгляда. Хожу за тобой почти полгода, я бы ждал ещё, но… — он замолкает. — Я ведь не железный. У меня не было никого с тех пор, как мы познакомились. И мне уже башку сносит. И шеф этот… — снова замолкает, — если он… — подбирает слова, но, видимо, так и не подобрав, говорит. — Я не смогу с ним конкурировать. Я же не дурак, понимаю это.

Я молчу, потому что не знаю, что на это сказать. Ни оправдываться, ни опровергать его слов я не хочу. Я только вызову ещё больше вопросов и подозрений. А это мне не нужно. Стою тихо, даю возможность ему успокоиться, справиться с эмоциями. И через какое-то время ему это удаётся. Олег отстраняется, делает шаг назад. Ещё с минуту мы просто смотрим друг другу в глаза, а затем он уходит. Молча.

Сажусь на табуретку и, закрыв лицо ладонями, тихо плачу. Чувствую себя уставшей и разбитой. А ещё мне обидно, ведь то, что я могу соблазнить шефа понятно, но только я не хочу быть чьей-то любовницей. А другого статуса он мне не предложит. Несмотря на то, что он мне нравится и я ему, похоже, тоже, раз это замечают и другие. Я не могу себе позволить… Да, ничего не могу позволить. Это будет неправильно.

Немного успокоившись, иду в ванную, принимаю душ и ложусь спать. Не было мужчин в моей жизни, нечего и начинать, нам с Тигрёнком и так хорошо. Правда, от последней мысли опять защипало глаза. А противный внутренний голос шепчет, что врать нехорошо, а врать себе — тем более. Провалявшись в своей постели почти час, пошла спать к Тигрёнку, и только обняв сына смогла по-настоящему успокоиться.

ЕВА

Проснулась я одна. От чего моё настроение сразу испортилось. Ведь я надеялась, что утром Давид будет вести себя по-другому. Когда позволяло время, он никогда не отказывался от утреннего секса. А тут просто ушёл…

Привела себя в порядок, благо, ванная и туалет были отдельными, и не было необходимости искать их в незнакомом доме. Оделась и спустились вниз, застала Анаит Вардановну, готовящую завтрак. Никак не ожидала, что она сама стоит у плиты.

— Доброе утро, — здороваюсь с женщиной.

— Доброе, с улыбкой здоровается она. — Ты рано, но это хорошо, поможешь мне с завтраком…

— А Давид?

— Он на пробежку ушёл. К его приходу, как раз, и стол накроем.

— А Вы всегда сами готовите?

— Почти, я люблю готовить. А готовить для своих любимых, сам Бог велел. А ты готовишь?

— Стыдно признаться, но нет. Дома готовила наша домработница, в Вене, ела в ресторанах. Да, и тут быстрее где-нибудь перекусить, чем тратить время на готовку. Да, и салон много времени отнимает.

— А если детки пойдут, кто им готовить будет?

— Думаю, к тому времени Вы меня обязательно научите.

— О, это запросто, — женщина, снова улыбнулась.

Потом она вручила мне фартук и дала миску с уже помытыми овощами, и я принялась их нарезать.

Настроение моё так и не улучшилось, и это заметила Анаит Вардановна.

— Ты чего, хмурая такая?

— Не знаю, как объяснить, но мне кажется, Давид хочет меня бросить, — озвучиваю самый страшный свой страх. — С тех пор, как мы приехали сюда, наши отношения все хуже, и я не знаю, с чем это связано, — признаюсь я.