В этот момент в комнату вошёл Хартман, он бросил на нас короткий взгляд и прошествовал к столу. Когда он занял своё, по-видимому, законное место, Хансен сказал.

— Оливер, у нас мало времени. Выслушай нас, а потом решай, стоит ли нам помогать или нет.

Хартман молчал, выражение его лица при этом оставалось каменным, не как раньше серьёзным, а именно каменным, без какого-либо участия.

— Что-то не так Оливер?

— Позволь я расскажу тебе историю. — Неожиданно сказал Хартман. И не дожидаясь согласия начал рассказывать. — Знаешь, когда только мы начинали возводить Холодную скалу и выбирали планету, выбор пал на эту, поскольку полезных ископаемых на ней практически нет, благодаря чему мы исчезали из поля зрения разнообразных копателей и прочей ереси. — Он кивком указал на меня.

— Я знаю это.

— Подожди. Не перебивай меня. — Хартман собрался с мыслями и продолжил. — Так вот, во время первой же экспедиции сюда, мы столкнулись с определённой проблемой. Здесь уже жили до нас… Нет, не инопланетяне. — Увидев, наши лица, поспешил пояснить Хартман. — Какая-то старая, забытая всеми колония. Они находились здесь несколько поколений, одичавшие, создавшие примитивное общество, основанное на своей собственной религии. По сути, они были сумасшедшими, несколько поколений чистого безумия. Мы не вступили с ними в конфликт, скорее из жалости, так как хватило бы нескольких ракет, чтобы навсегда уничтожить даже воспоминания об их культуре, да и о них в целом. Гораздо выгоднее, оказалось, использовать их, в качестве рабочей силы, строители, земледельцы. Мы не нуждались ни в чём. Однако любой труд должен быть вознаграждён, как бы там ни было. Один из постулатов их веры — каннибализм. Но они это называют соединение. Изредка мы поставляли им… Я называю это найти соединителя.

У меня крепло нехорошее предчувствие.

— Нас мало интересуют исторические перипетии создания Холодной Скалы. — Попытался вставить Хансен.

Хартман приложил палец к губам. Хансен предпочёл пока помолчать.

— Мы исправно поставляли им соединителей, особо строптивых пленников, сильно проштрафившихся обитателей Холодной Скалы. — Хартман взял со стола карандаш и задумчиво посмотрел на него. — И вот приходит новый срок для соединения.

— А причём здесь мы? — Спросил я, голос вероломно задрожал. — Не хотите же вы скормить нас каким-то варварам, пусть и в исключительно благих целях. Мы же не пленники и не провинившиеся пираты.

Я посмотрел на Хансена, ни один мускул не дрогнул на его лице.

— Я нисколько не сомневаюсь, что нельзя относить вас к пиратам, но вот под категорию пленников вы подходите, как нельзя лучше. — Хартман улыбнулся. Я успел заметить, как его рука скользнула под стол и менее чем через секунду открылась дверь и сзади меня возникли двое здоровенных пиратов. Я умоляющее посмотрел на Хартмана, а потом на Хансена, тот сидел, опустив голову.

— Лиланд… Мы же договаривались.

— С кем? — Хартман заржал во весь голос. — С Хансеном? Мой мальчик, лучше договориться с Иудой, чем с главой службы безопасности Альянса. Правда, Лиланд?

В ответ Лиланд покачал головой.

— Но так нельзя. — Запротестовал я. — Это неправильно, мы же цивилизованные люди.

— Хэннер ты попортил немало крови моим людям. Ты и твой корабль. Теперь Равновесие сослужит неплохую службу… Мне! Я уже представляю, насколько возрастёт количество грабежей, не раскрытых грабежей, благодаря такому кораблю. Буквально за день техники полностью перепрограммируют Равновесие. И да, называться он будет…

— Покоритель Глубин. — Негромко изрёк я. Мечты сбываются…

— А что… Идея неплохая, как тебе Лиланд? Нравится название?

Лиланд, как мне показалось, угрюмо молчал.

— А что Саббина? — Спросил я, на самом деле без тени интереса. Мне стало как-то наплевать на неё, в конце концов, это она во всём виновата, пусть её и скармливают этим чёртовым обезьянам.

— Девка… — Хартман причмокнул губами.

— Отдай её мне. — Неожиданно оскалился Лиланд. — А ты Хэннер знай на будущее, пусть и весьма непродолжительное, что не стоит доверять, загнанному в угол Лиланду Хансену.

— Зачем тебе девчонка? — Невинно поинтересовался Хартман.

— Это личное.

Хартман пожал плечами и посмотрел на меня.

— Прощай, Хэннер. Жаль, что знакомство было таким коротким. Но видно не судьба. — Затем он посмотрел куда-то мне за спину. — Выруби его, пусть скоротает время.

И я провалился в темноту. Последнее что я увидел, как Лиланд встаёт с протянутой для рукопожатия рукой, улыбаясь во весь рот. Я даже не ненавидел его. Потому что, не кривя душой, поступил бы на его месте точно так же. А Равновесие всё-таки жалко.

В себя я приходил долго и мучительно. Вся голова и особенно место удара на затылке беспредельно болели. Я попытался открыть глаза, но вокруг было темно, как на мостике Равновесия, если полностью его обесточить. Ну, зачем такие сравнения Хэннер. Равновесия больше нет, теперь есть Покоритель Глубин. Теперь мой корабль принадлежит другому. А чёртова девчонка, проклятая Саббина! Надеюсь, Лиланд сделает с ней всё то, о чём она так много наслышана. Я попробовал пошевелиться. Чёрт, всё тело болело, как будто меня положили под каток и проехали насколько раз. Однако надо попробовать побороться. Я всё рано ничего не теряю, всё, что можно было потеряно, уже… А сколько времени интересно прошло с тех злополучных посиделок у Хартмана в кабинете. Если верить внутренним ощущениям, то не так много. Но, что я могу понимать после сильного удара по голове. Как жаль, что я не пресловутый комиксный герой, я мог бы тогда выхватить дубинку у громилы, стоявшего сзади, ударить его, свалив, наповал, потом попробовать добраться до Хартмана и Хансена… Меня остановили бы очень быстро. Не прошло бы и нескольких секунд. Нечего муравью делать в осином улье.