Вай Сон лежал на палубе, придавленный к ней титанической силой мышц биомеханоида. Одной лапой Сата вцепилась в плиту палубы, глубоко пронзив её когтями, а второй обвила шею техника. Тот мелко дрожал и скулил, но не шевелился. Каин обошёл его и присел так, чтобы Вай мог смотреть ему в глаза.

— Сейчас я могу приказать Сате оторвать тебе голову, патлатый членосос. Веришь мне? — едва покинув рот, слова вызвали у Каина отторжение и желание помыть рот с мылом. Странник с трудом удержал подобающее ситуации лицо.

Но оператор виртуала поверил. Он уже понял, что заигрался, слишком творчески подойдя к приказу капитана. А холодные, чёрные глаза странника не обещали ему ничего, ни жизни, ни смерти, ни памяти, ни забвения. Непроницаемая чернота глаз и спокойного красивого лицо не вязались с произнесённой фразой.

— В-верю!

— Что ты хотел мне вколоть, выхлоп реакторный?

— Стимулятор! — пискнул оператор. — Для раскрепощения реакций!

— Не люблю наркотики. Стимуляторы тоже не люблю. И я очень миролюбив, мудак. Поэтому сегодня ты будешь жить. Даже без тяжёлой инвалидности, — Каин встал. — Заикание не считается. Сата, пусти его.

Биомеханоид рыкнул и разжал хватку. Вай Сон со скулежом откатился. Странник повернулся к нему спиной и ушёл. Сата запрыгнула ему на плечи, бросив на Вая презрительный взгляд ало-зелёных глаз.

Малка выключил запись и посмотрел на Лову.

— Вот так. Поэтому скажи Руберу, что мальчик неприкасаемый. Если вы его обидите, и он решит вас всех удушить — я, возможно, не успею вас спасти.

— Вот это заявление… — протянула Лова, склонив голову к плечу.

— Я тебя предупредил. Мальчик профессионал, — он толкнул через стол информационный планшет. — Всё, что вы раньше указывали в заявках на техобслуживание, он выяснил и описал за несколько часов работы. Чётко, грамотно, по формулярам. Этот юный сектант находка, и мы его подсадили к вам в том числе и для того, чтобы он сработался с вами и поддержал ваши походы за мертвецами.

— Я… расскажу Руберу.

— На планшете запись и результаты тестов. Можешь спокойно их показать. Арктурус считает, что вам нужна поддержка, а то когда вы ещё укомплектуесь? Вот, — Малка улыбнулся той улыбкой, от которой женщины таяли, а дети улыбались в ответ. Его обаяние оставляло отметины даже на броне Ловы, насколько уж она была искушённой в переговорах с ним.

— Вы нас снова кинете в мясорубку? — нахмурилась женщина.

— Не факт. Но эта Вселенная крутится, а шарик может упасть и на красное, и на чёрное, — главный инженер пожал плечами. — Казино даёт шанс, но не смеет настаивать.

— Вы его хотите обкатать на нас! — Лова обвинительно ткнула в него пальцем.

— Не без этого, — снова улыбнулся Малка.

— Я поговорю с Рубером.

Они проболтали ещё несколько минут, а потом женщина покинула каюту Малки. Едва за ней закрылась дверь, как над столом вспыхнула голограмма Арктуруса и Модея Гора, главы службы безопасности «Харона». Мрачный киборг, больше машина, чем человек.

— Вы меня не убедили, — зазвучал тихий синтезированный голос Модея. — Мальчик — странник, а значит, умеет убивать. Точка, других мнений тут нет. То, что он очень не хочет убивать, мне тоже очевидно. Никакой соцкоррекции поведения, только самоконтроль. Зрачки глаз дёргаются, сердце стучит сильнее, угроза вызвала микромимику отторжения. Он отрицает насилие. Это хорошо. Но он — странник, а значит он обучен всему, что необходимо для личного конфликта. А уж его навыки взлома — это отдельная песня. Хак-модуль просто поработил виртуальную капсулу. Я даже не уверен, что он сделал это осознанно. Я рекомендую плотный контроль и ликвидацию при малейшей угрозе. Его биомеханоид — средство террора.

— Я понял тебя, Модей. Каин — ценный актив. Пока что мы будем наблюдать. Я считаю, что если не толкать его на конфликт, конфликта не случится. Подведи к нему пару толковых ребят, пусть берегут мальчишку, — резюмировал Арктурус. — Включайте его в корабельный цикл потихоньку. Пусть потрётся с ребятами Рубера, потом пообщается с Потрошителями и Стервятниками. Железный хор его сам найдёт. Через десять часов мы будем на верфи, а потом у нас будет месяц ремонта. За это время, он должен стать частью команды.

— Мы идём в проблемную зону? — напрягся Малка.

— Возможно, нас отправят в Карантин-14, — ответил Арктурус.

— Генитально, — заключил Модей и разговор прервался.

Каин сидел на полу каюты в позе лотоса и перебирал чётки. Прошли сутки с его тестирования. «Харон» вошёл в орбитальную зону огромного сухого дока на системной верфи и подготавливался для спешного поверхностного ремонта. Что можно сделать с огромным кораблём за месяц, который они должны были провести здесь? Ничего толкового. Только подлатать наиболее известные проблемы. Заменить совершенно изношенную технику. Но даже полноценное обновление программных оболочек оборудования — риск. Не говоря уже про само оборудование. Поэтому спешный аварийный ремонт вызывал у Каина понимающую улыбку, но не более.

Бусины обеднённого ирума, почти полностью выработавшие свой энергетический потенциал, стучали друг о друга в чётком ритме. Тяжёлый кристалл нарушал несколько общих законов физики и химии, по плотности и массе немного напоминая звёздное вещество нейтронной звезды, а по стабильности в нормальных условиях — обычный металл из середины периодической таблицы. Вот и сложившаяся ситуация нарушала тот вариант здравого смысла, что Каину прививали с рождения. Корабль должен быть здоров. «Харону» требовалось что-то большее, чем запланированный ремонт. Более обстоятельное, а не какая-то бесполезная активность, типа быстрого секса в подсобке.