– Опять звонят с Первого канала, у них тема ток-шоу «Маленькая женщина в большом бизнесе» , хотят узнать о том, как вам удается быть владелицей самой большой сети салонов красоты в Москве. В экспертах – президент сети фитнес-клубов....

– Мне что, заняться больше нечем?

Василиса краса-длинная коса-тупой мозг, недоумевая, смотрит на меня, моргая длиннющими нарощенными ресницами. Надо создать новую услугу – выращивание и закручивание извилин. «Ваши извилины прямые и вы страдаете от нехватки интеллекта? Приходите к нам...»

– Я вообще-то в отпуске! – бубню. – Прошу позаботиться о том, чтобы меня не беспокоили! До свидания!

В дверях беру бумаги у Попугая, выскакиваю на улицу, ныряю в машину. В ближайшее время собираюсь окуклиться и на поверхности бизнеса не вылупляться. Должна же я набраться сил, чтобы превратиться в бабочку?!

Ненавижу ездить за рулем, мало того что сама чайник, так еще эти сплошные хэтчбэки под колеса бросаются.

Бедлам, который сейчас творится в моей голове и моем офисе, надо как-то менеджерить. Я долго и мучительно закрывала глаза на этот хаос, и в один момент он взорвался и накрыл меня, как татаро-монгольское иго. Противно абсолютно всё и абсолютно все. Опустошение. А хочется...

Хочется быть солнышком, хочется светить и вдохновлять. Хочется, чтобы у сотрудников горели глаза от перспектив развития бизнеса, чтобы в их головы хотя бы иногда приходили светлые идеи, чтобы они немного выпали из своего гламура и посмотрели по сторонам, увидели жизнь, смогли оценить ее. Хочется, чтобы им нравилась их работа и они получали от нее удовольствие, чтобы работали не только ради зарплаты или перспектив выскочить замуж. Но как черт побери я могу вдохновить их, если сама потерялась в себе, если не могу разобраться с самым близким человеком?

Опять телефон. Даже подумать спокойно не дают!

– Але!

– У нас завтра Розум играет Бетховена. Очень тебя жду, душа моя!

Я представляю сейчас блаженно улыбающееся армянское личико Катьки, мило щебечащей мне в трубку и думающей о том, как она навставляет пистонов мужу за то, что он дочке разрешает играть в компьютерные игры.

– Душа твоя, скажи моей душе, какого хрена вы устраиваете весь этот цирк? Вы не спите вместе уже год, не общаетесь друг с другом неделями, а на людях завтра будете друг другу сюсюкать и ворковать, как ангельские голубки?

– Ха-ха, по инерции! – судя по характерному выдоху, Катька курит. – И вообще не бунтуй! У Юрки сплошные концерты, все расписано. Он может либо завтра, либо через полгода. А я Бетховена хочу.

Катька обожает Бетховена, Серж – Скарлатти. Я первый раз буду слушать музыку без Сержа. Это в голове не укладывается. «Когда я слушаю, как играют сонеты Доменико, я попадаю на улочки Неаполя, в 1700 год, где стучат колесами экипажи, наполняются залы Королевской капеллы ...» Серж мог бесконечно говорить о своих впечатлениях от классической музыки, а потом просиживать у плазменной панели, разглядывая порнофильмы гинекологической направленности.

– Так иди в консерваторию и там его хоти, некрофилка!

– Ну вот, я тебя на высокодуховное мероприятие приглашаю, а ты обзываешься. Мне без тебя будет плохо. Приходи давай! Хватит мандиться!

– Приду! Куда же я без тебя и без Бетховена?

Катьку я знаю сто лет и люблю ее. Ее любимый философ – Эпикур, его наказы Катька соблюдает беспрекословно.

«Всегда работай, всегда люби. Не жди от людей благодарности и не огорчайся, если тебя не благодарят. Наставление вместо ненависти, улыбка вместо презрения. Из крапивы извлекай нити, их полыни – лекарство. Проявляй всегда больше ума, чем самолюбия. Нагибайся только за тем, чтобы поднять павших. Спрашивай себя каждый вечер: что ты сделал сегодня хорошего? Имей всегда в своей библиотеке новую книгу, в погребе – полную бутылку, а в саду – свежий цветок...»

Правда, одно маленькое «но». Эпикур еще писал: «Живи незаметно!»

Придворный сутенер Франц Лефорт учил царя Петра I, что «не принято в Европе любимых женщин в одну кучу сваливать». Но в городе Коппенбурге Петр по русской традиции банных оргий закрутил роман сразу с двумя принцессами, а после лаконичного ужина в их обществе прямо в саду дворца потребовал продолжения банкета. Принцессы отвергли сексуальное желание царя устроить «танго втроем», а в своих мемуарах писали, что русский царь – это «обилие ума, но излишество грубости и неумение есть опрятно». Но Петр был пылок и горяч и, вероятно, уверен в том, что, как сказали бы в наши дни, групповой секс ничем не отличается от парного, если вы настоящий мужчина.

Бездарно тратя время, я ползала по салону «Дикая Орхидея» в поисках новых трусиков. Покупка нижнего белья обычно доставляет мне райское наслаждение, но не сегодня. Зеркало в примерочной расположено слишком близко, так что видны все места, требующие срочного хирургического вмешательства. Ой! Булки нависают над трусами, вокруг пупка торчат какие-то волоски, а на ляжке страшный синяк. Под грудой торопливо набросанных шмоток на стуле надрывается телефон.

– Милая, у меня есть чудесная новость! – как-то безрадостно говорит в трубке Танюша.