Рензел ловко отклонился от острия, сверкнувшего совсем близко, и оно не задело даже рубахи. Поймал вторую руку убийцы, заморозил ее и от всей души впечатал кулак в спрятанное за маской лицо наемника.

Удар вышел настолько мощным, что замерзший бинт на кулаке принца раскололся, точно стеклянный. А ледяные оковы в ногах убийцы раскрошились, и тот рухнул на землю.

С горящим от ярости взглядом Рензел опять к нему подошел и, приподняв за рубаху, снова замахнулся, а я закричала:

– Не убивайте его!

Окутанный паром кулак принца дрогнул.

– Не надо…

И почувствовала, как по спине поползли мурашки, когда принц на меня посмотрел. Он даже не сделал этого прямо. Только искоса глянул, не повернув головы, и опять впился взором в убийцу, но густота пара от его рук уменьшилась. А наемник тем временем очнулся от первого удара и потянулся ладонью к руке принца, которая все еще держала его за рубаху.

Губы принца дрогнули, стоило пальцам наемника медленно сомкнуться на его запястье. И все-таки Рензел не удержался: влепил ему еще одну затрещину, только на этот раз слабее. Голова убийцы безвольно мотнулась, но сознания он не потерял, а замерзший воротник откололся и оголил его шею. Принц тут же за нее ухватился и зловеще прошептал:

– Молись богам… – он приблизился к лицу наемника. – Чтобы ты ожил. Потому что видят боги, – убийца захрипел, когда по его шее, скулам и щекам пополз ледяной узор, а глаза остекленели то ли от холода, то ли от ужаса. – Сегодня я себя хреново контролирую.

От ладоней принца опять повалил пар, спрятав от меня убийцу. Но когда дымка холода рассеялась и Рензел швырнул окоченевшее тело на землю, я больше не узнавала в наемнике живого человека. Отныне он походил на ледяную статую с широко распахнутыми глазами, и чувство опасности иссякло – перестало придавать мне сил. Накатила неимоверная усталость и потянула вниз, вынуждая меня обхватить себя руками и опуститься на колени.

– Цесса! – бросился ко мне принц.

Магия в его взгляде погасла. Рензел потянулся к моей щеке, но по его руке пробежалось синее пламя, и он тут же ее отдернул. Попытался спрятать за спиной, только я не позволила. Поймала его ладонь, чувствуя сухое тепло, хотя совсем недавно она замораживала и превращала в густой пар воздух. И с часто бьющимся сердцем перевернула тыльной стороной.

– Отчасти я не верила, что вы придете, – провела пальцами по сбитым костяшкам принца, но раны не были свежими. Они давно зарубцевались и почти зажили. – Отчасти я знала…

Осеклась, когда мой палец дрогнул и остановился на чистой, гладкой коже, где я всегда ожидала увидеть глубокие царапины от собственных ногтей. И вскинула взгляд на принца, с осторожностью наблюдавшего за моими действиями:

– Это не вы, – с жаром выдохнула я и почувствовала, как синее пламя лизнуло кончики пальцев.

Я мгновенно выпустила ладонь принца и прижала руки к груди. Скорее от испуга, нежели от боли. На самом деле, кроме тепла и легкого покалывания, я ничего не почувствовала, да и пламя быстро погасло. Но этого хватило, чтобы между мной и Рензелом опять возникло расстояние. А принц поджал губы, поднялся с земли и довольно-таки сдержанно заметил:

– Рад, что вы наконец-то это поняли, – он скользнул взглядом по моим обнаженным ногам, отчего я начала краснеть, и после недолгих раздумий все-таки предложил мне помощь подняться.

А вот я совсем не сомневалась и смело вложила в его руку свою ладонь, чем сильно удивила. Похоже, он до последнего не верил, что я решусь к нему прикоснуться. Думал, испугаюсь. Но, увы, ваше высочество, невозможно бояться того, кто дважды спас мою жизнь. Только жаль, что смелость не добавила мне сил. Из-за усталости ноги совсем перестали слушаться, и не успела я выпрямиться, как колени предательски подкосились.

– О-ой, – только и выдохнула, предчувствуя жесткое приземление, потому что хватка принца на моей ладони уже ослабла. Но вдруг его пальцы снова сжались.

Рензел дернул меня к себе и заключил в объятия. Одна его рука скользнула на талию и тесно прижала к его груди, вторая – продолжила стискивать мои пальцы. Я же почувствовала, как по телу пробежала дрожь, когда обнаженные ноги и скрытые тонкой юбкой бедра соприкоснулись с жарким телом мужчины. И это тепло… было таким сильным. Горячим! Что обжигало даже сквозь плотную ткань штанов. А легкий аромат можжевельника и мяты смешался с дуновением ветра и опалил мои щеки румянцем.

– Ваше…высочество, – произнесла с дрожью в голосе, когда взгляд Рензела вновь вспыхнул огнем, а его рука на талии напряглась, не оставляя мне даже шанса отстраниться.

Дыхание принца скользнуло по моим горячим щекам, заставив дрожать еще сильнее и совсем потеряться в собственных мыслях, чувствах. И если бы не жалобное скуление за его спиной… Не представляю, что бы произошло дальше. Но как только мы услышали собачий плач, тут же друг от друга отпрянули, и я увидела израненного ротвейлера.