Выйдя из лифта, я остолбенела. …Прямо передо мной, подперев дверь моей квартиры — стоял Кайл Онелли! …Пока я подбирала отвисшую челюсть, он произнес:

— Привет Софи! Долго же тебя не было, я почти отполировал здесь все углы.

— Что …ты тут делаешь?! И как ты узнал, где я живу?!

— Я ведь рассказывал, что работал с копами, у меня остались связи. А вообще пришел сказать тебе, что ты лгунья Софи Гарден. Нет у тебя никакого мужа, и живешь ты одна!

Дежавю, это повторилось снова. Опять он смотрел на меня таким внимательным вопрошающим взглядом, желающим сказать больше, чем хотел бы, скрывающим в своей глубине какую-то тайну. Мужчина, которого я едва знала, который мог бы быть моим идеалом из мечты. Только вот откуда у него уже столько претензии по отношению ко мне? Будто я уже обидела его чем-то.

Я всё-таки подошла ближе, с трудом отыскав в сумке свои ключи.

— А если и нет, разве это мешает мне быть верной кому-то? — тихо спросила я, пытаясь предательски дрожащей рукой попасть ключом в замок. — Почему это тебя обижает, я вроде бы не давала никакого повода и ничего тебе не обещала. Прогулялись, поболтали вот и всё. — Дурацкий ключ всё никак не мог попасть в скважину, и всё оттого, что Кайл был так близко. Хотя я сейчас и не смотрела на него, я чувствовала, что он не спускает с меня глаз. Вдруг его ладонь мягко накрыла мою руку, и помогла мне вставить несчастный ключ.

— Ты любишь его?! — прошептал он у меня над ухом, отчего моё сердце оказалось, словно натянутым на барабан, в который уже динамично били мои сошедшие с ума эмоции. Кайл не отпускал моей руки, стоя у меня за спиной.

— Это другое, — с горечью покачала я головой. — Нет смысла объяснять и продолжать этот разговор.

— Я противен тебе? — всё тот же трепетный шепот из-за плеча.

— Нет, вовсе нет! Ты …мне очень понравился Кайл, но мне это не поможет. Я …принадлежу другому, и не хочу, чтобы ты пострадал. Мне тяжело, не мучай меня, пожалуйста, уходи. …Уходи!

Я не оборачивалась, считая удары сердца. …Он медленно отпустил мою руку и отодвинулся. Не глядя больше в эти притягивающие меня глаза, я почти ворвалась в свою квартиру, с шумом захлопнув дверь. …

«Боже мой, что же это такое?!! Да это просто издевательство!!! Так не честно!!!» — металась я, смахивая жгущие обидой слёзы. «Когда ты уже явишься, Рафаил?!! Лучше бы ты уже быстрее добил меня!!!»

Такое чувство вроде бы меня заставили предать саму себя и своими же руками вырыть себе могилу! Мне стало ужасно паршиво! Эта измена боролась внутри меня, она раздирала меня надвое! С одной стороны — я боролась за свою сестру и свободу Брайана, с другой стороны — за свою возможность мимолётного счастья. Короткого убийственного, но всё-таки счастья. Это было каким-то маниакальным наваждением! Никогда со мной такого не случалось! Мне до дрожи, до безумия хотелось быть с Кайлом, прикоснуться к нему, почувствовать его губы. Невыносимое, выворачивающее наизнанку помутнение рассудка!

Трудно даже передать чего мне это стоило — не выскочить из квартиры и не броситься не его поиски. Но я всё-таки выстояла в этом бою! Я пол часа стояла под холодным душем, пока не начала дрожать от холода, и моё сознание не прояснилось, начав укорять меня за искушение. Я должна быть осторожна, и дело не только в моей жизни, от меня зависели жизни других, дорогих мне людей, а я эгоистично их подводила. Я совершенно забыла, что вокруг меня, незримо и воплоти, присутствуют сути равновесия. Демоны и ангелы, что я всего лишь вовлечена в чужую игру, из которой я обязана извлечь выгоду и для мира серых душ, хотя бы мизерную, и это будет уже что-то. «Я ни капельки не слабая! Я выстою! Нужно только слушать свой внутренний голос, не забывать, кого любит Софи Гарден, и тогда моя воля не сломается, какими бы прелестями они меня ни заманивали!»

Если раньше я засыпала с трудом, то в эту ночь я вообще не смогла уснуть. Заведенная пружина грозила для нервной системы затяжными последствиями. Я думала. Вспоминала свои ценности до промежутка, затем перенесенные ужасы там и самого демона, его не свойственные тьме поступки. И вот теперь я остановилась на своих настоящих приоритетах. По всему выходило, что планы на будущее для меня самой строить нет никакого смысла. Единственным приоритетом оставалось с благодарностью ощущать каждый прожитый день, каким бы он ни выпал, пасмурным, морозным, солнечным или напряженным, потому что смысл человеческой жизни заключается, как в беспокойствах, так и в радостях, она и бремя, и одновременно крылья вдохновения. И всё же я ХОТЕЛА ЖИТЬ!

Рассвет сморил меня сном, причем таким, что, если бы под окнами выстрелили из пушки, я бы вряд ли услышала. Потому что, когда я вскочила, так и не поняв на самом деле от чего, на часах был уже полдень, а на телефоне было ужасающее количество пропущенных.

— Кэм, я в порядке, представляешь, проспала. Кошмар какой-то, прикрой меня перед шефом, а? — хаотично собираясь, умоляла я подругу, которая в тот момент, уже выскакивала из издательства на мои поиски. — Я дико извиняюсь, знаю, что напугала, сама в шоке! Ну, прости, я же не нарочно! Что? И мама звонила? О, нет! Теперь наслушаюсь дипломированных тирад! Ладно, уже бегу!

Само собой в это время дня я попала в пробки. Одна из ситуаций современности, когда лично от тебя уже ничего не зависит.

Не сводя изнывающего взгляда с впереди стоящего «вольво», я нервно барабанила пальцами по контуру руля, и полной неожиданностью для меня стал запрыгнувший на переднее сиденье моего «мустанга» пассажир, ловко умостившийся возле меня.

— Здравствуй, Софи! — напряженный тон и встревоженный взгляд добрых светлых глаз.

— Эммануил! — я скорее даже не удивилась, а была неприятно шокирована. Мне не очень-то хотелось видеть сейчас ни демонов, ни ангелов. — И что на этот раз? Ты по мою душу?