— Она задумана как сменная экспозиция, с обновлением каждые четыре месяца. Некоторые картины предназначены для продажи, другие просто позаимствованы на время, но я нашла это идеальным для многих художников, — ответила Энид.

— Если это только не касается герцогинь из Граерси парка, — вставил Малколм Кент, консервативно одетый в традиционный смокинг из черной кожи с замшевой отделкой, рубашку в черную полоску и узконосые ковбойские ботинки.

— Вот уж кого не ожидала увидеть здесь, — сказала Бретт, пытаясь не показать волнения.

Она долго искала причину, с чего вдруг Малколм мог дуться на нее, и ее стало раздражать его открытое пренебрежение.

— Я как волк-одиночка. У меня широко распространенная среда обитания, — сказал он.

— На уровне инстинктов, — съязвила Бретт.

Лицо Малколма было цвета подрумяненного хлеба, как следствие его поездки в Рио на карнавал, но Бретт увидела вдруг, что он еще больше похудел. Она с трудом сдерживалась от его словесных нападок на нее.

— Я попросила Малколма сопровождать меня, хотя не была уверена, что смогу выдержать его целый вечер, — заметила Энид. — Мы познакомились давно, когда я стала оформлять его выставки. А как вы узнали друг друга?

— Я спас Бретт от мучительных ощущений ее привилегированности, приняв на работу и дав ей навыки ремесла. Скажи мне, дорогая, ты работаешь под своим именем, с тех пор как вернулась? Что-то мне не встречаются твои работы, — ядовито спросил Малколм.

— Нет, Малколм. Имя то же, но пока его действительно не видно. Надеюсь, ты еще увидишь.

— Это верно. Я слышал, что парижские тряпки приезжают в Нью-Йорк. Это то, что нужно этому городу, — новый магазин, — сказал Малколм.

Бретт чувствовала, что еще одно его слово, и она вопьется ему в лицо, — чего он добивался?

— Джо, как Лизи? — спросила она.

— Несколько минут назад она сидела у окна. Ее родители тоже здесь.

— Энид, было очень приятно с тобой познакомиться. Джо, пойду-ка поищу твою жену… Малколм, — она кивнула ему и, уходя, не сказала ему ни слова.

Живительные звуки электронной арфы были прекрасным аккомпанементом шумной болтовне гостей. Они собрались около дисплея в центре зала, где были представлены все модели компьютеров фирмы «Хендс ал».

«Здесь не меньше двухсот человек, — подумала Бретт. — Дэвид должен быть доволен». Неожиданно она заметила оживление и смех в группе людей, стоящих справа от нее. От группы отделился пятифутовый робот с монитором вместо головы и бочкообразным стальным туловищем на резиновой гусеничной основе. В его руках был поднос с искусно разложенными на нем яствами. Он подъехал к Бретт и остановился: толпа любопытных теперь окружила ее.

— Не хотите ли закусить? У нас имеются пирожки с крабами, овощной паштет и мои любимые пирожки, — учтиво предлагал робот гнусавым голосом.

Бретт выбрала паштет и отошла в сторону, чтобы дать возможность другим отведать закуски. Неожиданно она почувствовала чью-то руку на своей талии.

— Бретт, я так рад, что ты здесь. — В смокинге и галстуке Дэвид выглядел строгим и солидным. Он поцеловал Бретт в щеку и сказал:

— Ты выглядишь просто потрясающе.

Бретт любила то платье, которое сегодня выбрала для вечера, и надеялась, что Дэвиду оно тоже понравится: облегающее шелковое платье цвета нежно-розового турмалина, с глубоким вырезом, юбка-тюльпан с изящными скругленными фалдами заканчивалась выше колен и открывала длинные красивые ноги в кожаных туфлях на высоких каблуках с замшевым бантом сзади. Для завершения ансамбля Бретт надела серьги с бриллиантовыми подвесками, подарок деда.

— Ты, должно быть, на седьмом небе. Это похоже на прием.

— Мне хотелось получить кредиты, и один из моих вице-президентов предложил устроить презентацию в виде приема. Я скучал по тебе, — тихо сказал он, не сводя с нее глаз. — Я не видел тебя две недели, но неужели ты за это время так выросла?

— Это каблуки. Я не знаю, что со мной, но и я тоже скучала по тебе, — ласково добавила она. — Расскажи мне о Лотти. Я понимаю, что не должна ревновать, ведь она тоже не умеет кататься на коньках и играть на пианино. Или нет? — пошутила Бретт.

— Лотти очень долго была моей девушкой. Я расскажу тебе о ней позже… Здесь есть один человек, с которым мне необходимо переговорить. Обещаешь, что не уйдешь? На твоем месте я не стал бы давать Лотти преимущества. — Дэвид сжал ее руку и растворился в толпе.

Бретт отыскала Лизи в другом конце комнаты.

— Ты выглядишь лучезарной, как солнышко. Мне не верится, что у тебя такие длинные волосы, — сказала Бретт, присаживаясь на банкетку рядом с подругой.

— Спасибо, ты сама неотразима. С тех пор как я забеременела, мои волосы растут не по дням, а по часам. Доктор говорит, что это неудивительно.