Солдаты Учбен, стоящие по периметру зала, быстро встали перед Заком, готовые к нападению Кинича.

Зак не сводил глаз с Пенелопы.

— Я никогда не использовал силы на тебе, Пенелопа. Ни разу. Твои чувства ко мне были настоящими. — Она не знала, что сказать, потому что чувствовала что-то к Заку, но точно не любовь. Ну, не в романтическом смысле. В самые трудные для неё минуты он был рядом, держал волосы, когда её рвало по утрам, обнимал, когда она чувствовала себя настолько разбитой, что не знала, сможет ли продолжать дышать. Кинич бросил её. Да, теперь она знала, почему и будь у неё такой же выбор, такая же ситуация, она поступила бы точно так же, как Кинич. Он променял свою божественность на победу в решающей битве против Мааскаб и освобождение брата. Но это не означало, что её сердце не разорвалось надвое.

Она опустилась в кресло и закрыла лицо руками.

— Он прав, Кинич. Ты ушёл, и я думала, что навсегда, а Зак был рядом со мной, с нами. — Она погладила живот.

Кинич кивнул, и она поняла, о чём он думает: виноват он на хрен. Он никогда не стал бы винить её, учитывая все поступки, которыми хотел оттолкнуть её.

— Но это не оправдывает использования его силы на мне, — тихо сказал Кинич. — Я мог бы убить тебя, Пенелопа.

Она кивнула. Нет, этому не было оправдания. Она утёрла глаза и посмотрела на Зака.

— Ты хочешь ещё что-нибудь сказать?

— Только то, что никогда не перестану любить тебя, Пенелопа. Ты действительно самая замечательная, сексуальная, страстная женщина, которую мне довелось встречать.

Кинич зарычал.

— И я искренне сожалею, что причинил тебе боль, — добавил он. — Но то, что я сделал, бледнеет в сравнении с болью, которую причинил тебе Кинич. И всё же ты простила его. И мне остаётся лишь надеяться, что и меня ты простишь.

Она кивнула, но не в знак согласия, а в знак того, что услышала его.

— Ты можешь вернуться на своё место, пока не придёт время для вынесения приговора.

Чёрт, это отстой. И станет только труднее.

Она глубоко вздохнула.

— Я зову Симил, Богиню Подземного мира.

Потребовался час и сорок пять минут, чтобы зачитать обвинения против Симил, которая, кстати, выглядела крайне довольной собой. Она всё время улыбалась, как сумасшедшая, одетая в ярко-красное платье для танго, которое подходило к ярко-рыжим волосам, распущенным и диким, как и её разум.

Обвинения варьировались от отвратительных до совершенно невероятных. Несправедливое заключение поколений клоунов — она ненавидела их неестественное состояние постоянного счастья. Кража DVD-дисков «Лодки Любви». Переключение тегов на гаражных распродажах. Управление такси без разрешения, незаконные гонки единорогов, замена конфет на суппозитории в доме престарелых, катание на морских черепах (поиск Несси), распыление пердежа на несколько древних египетских руин (в тот день она боролась с Роберто), создание вампиров, в том числе злых, помощь Мааскаб, заключение собратьев, изобретение спама, и… вымирание динозавров.

Сотни и тысячи смертей невинных людей вместе с миллионами существ.

— Что ты можешь сказать в своё оправдание, Симил?

Зал ждал, затаив дыхание.

Симил пожала плечами.

— Тачдаун, детка!

Пенелопа надеялась совсем не на это.

— Серьёзно? Тачдаун. И всё?

— Что я могу сказать? Я как те парни, которые соскребают с шоссе трупы или чистят туалеты — делаю то, что должна. И делаю мир лучше. Не таким вонючим. Ну, ты понимаешь.

— Симил, это не оправдание. — Пенелопа всей душой надеялась, что всему есть какое-то логическое объяснение. Потому что, несмотря ни на что, ей нравилась эта сумасшедшая богиня. Однажды она спасла Пенелопе жизнь. Не говоря уже о матери.

Симил улыбнулась.

— Конечно, оправдание. Лишь у меня хватит сил, ума и храбрости сделать трудный выбор.

Невероятно-правдоподобно.

— Но люди погибли, Симил, пострадали из-за тебя. Ты сломала душу Чаама, использовала его, чтобы убить сотни женщин. Ты создала вампиров! И Мааскаб!

Симил подняла указательный палец.

— Поправка! Мааскаб создали вампиров. Один из этих ублюдочных жрецов вырвал моё сердце, чтобы спасти Роберто и сделать его бессмертным.

Комната ахнула.

Симил просияла.

— Ну, сердце отросло снова. И я хотела бы отметить, что жрец не создавал злых вампиров; он создал простых вампиров. Вампиры обладают такой же свободой воли, как и люди. Плохие яблоки — это результат индивидуального выбора. Или тусовок с Минки. Во всяком случае, их создание не моё преступление.

— А как насчёт помощи злым вампирам и Мааскаб? — возразила Пенелопа.

— Ах! Это правда! — ответила Симил. — Но посмотри на радость и жизнь, которые восстали из пепла. Мааскаб принесли нам тёмную магию, чёрный нефрит, который позволил нам физически быть с людьми, иметь детей, семьи! У нас есть Пиелы, результат «испорченности» Чаама, включая Эмму, любовь всей жизни нашего брата Вотана. Что касается вампиров, то они стали нашими друзьями, любовниками и служат нам постоянным напоминанием о том, что перемены возможны. Каждая катастрофа, смерть, вызов и трагедия, с которыми мы сталкивались, делали нас богаче, храбрее, мудрее. Благодаря этому некоторые смогли обрести вечную любовь. Так что, не сыграй я свою злую роль, мы бы сошли с ума и уничтожили планету.