Он поднял фонарь и повернулся, протянув руку ладонью вверх, его лицо наполовину светилось в свете пламени, наполовину потемнело от ночи вокруг. Корвина смотрела на вход в туннель, ее сердце быстро забилось, зная, что это момент истины.

— Что, если он все это время был злодеем, Корвина? — прошептал в ее голове коварный голос, который она слышала только один раз в своей жизни. — Что, если он сказал то, что тебе нужно было услышать, чтобы привести тебя сюда? Ты можешь пропасть, и тебя никогда не найдут.

Корвина остановилась.

Она пришла к нему по собственной воле, так что никто в ее башне даже не знал, что она пропала из своей комнаты. Секс это одно, эмоции это одно, но жизнь совсем другое. Она доверяла ему в сексе и доверяла себе в эмоциях, но жизнь? Доверила ли она ему свою жизнь? Ей снилось, что она находит трупы, тела, которые его дед пытал и убивал, дедушку, о смерти которой она до сих пор ничего не знала. Убил ли он своего деда? Говоря, что хочет навести порядок в Веренмор, имел ли он в виду — спрятать секреты поглубже или раскрыть их?

Корвина смотрела на его руку, которая касалась, ласкала и требовала каждый сантиметр ее тела, ее сердце бешено заколотилось. Это та же самая рука, которой Вад из сна потянул ее под воду, та же самая рука, которой зверь Вад держал ее, та же самая рука, которой настоящий Вад играл и на ее теле, и на этом пианино с прекрасной музыкой.

Достаточно ли она доверяла ему, чтобы зайти с ним в неизвестный туннель? Был ли это риск исчезнуть навсегда без следа, или она слишком много думала?

Она перевела взгляд с его руки на его глаза, наблюдая, как они смотрят за ней, его взгляд светился знанием ее мыслей.

Это его испытание.

Он намеренно привел ее в этот туннель, проверяя ее мужество.

Что он ей сказал?

— Я не могу сказать правду тому, кому не доверяю, чтобы он не сбежал.

Была ли это проверка, чтобы посмотреть, сбежит ли она, или он хотел, чтобы это выглядело как проверка? Она не знала, почему вид этого туннеля вызвал все эти вопросы в ее мозгу. Доверяла ли она ему идти в темноту наедине с ним, зная все, что она сделала?

Она закрыла глаза, сосредоточившись, образы вспыхнули у нее перед глазами за долю секунды.

Дьявол, Влюблённые, Башня.

Голос Мо, велевший ей держаться за него.

Наедине в машине на горе под дождем.

Сплетенные в библиотеке.

Занятые в Хранилище.

Вад из сна, сидящий на своем троне, в полном одиночестве, берущий ее.

Настоящий Вад , пожирающий ее в лесу.

И всего несколько часов назад , совместное принятие ванны.

— Ты мне доверяешь? — он задал соответствующий вопрос, его голос был ровным, ничего не выдававший.

Корвина открыла глаза и уставилась на его руку. Чувство дежавю вновь нахлынуло на нее, как будто она была в этом месте, в этот момент, в это время раньше.

Это может оказаться глупость. Это может оказаться разрушением. Это может все изменить. Но она доверяла тому, что он заставлял ее испытывать, верила, что ее инстинкты не сбили ее с пути, верила, что вселенная не направила ее по ложному пути.

Она взяла его за руку и взглянула на него.

— Да.

Его рука обхватила ее маленькую с силой и триумфом, другой рукой он опустил фонарь и скрыл их лица в темноте. Что-то кардинальное произошло в тот момент, что-то, что изменило, сдвинуло, перестроило их обоих, соединив их части вместе таким образом, что никто не мог сказать, где заканчивалась она, а начинался он. Своим доверием она отдала ему последнее, что у нее осталось, все свое существо, эту гору секретов, которыми он теперь владел.

— Ты понятия не имеешь, что ты только что сделала, маленькая ведьма, — он притянул ее к себе, его челюсть светилась в низком желтом пламени. — Теперь пути обратно нет. Я никогда не позволю тебе сбежать.

Корвина сглотнула, положив свободную руку ему на грудь, ощущая под ладонью ровное биение его сердца.

— Просто знай, что если ты убьешь меня, я лично буду преследовать тебя. Удачи тебе намочить свой член после этого.

Слабая улыбка промелькнула в темноте.

— Принято к сведению.