Миссис Реми смотрела в окно с серьезным выражением лица.

— Да, — она повернулась, смотря на Корвину, и мудрость ее лет в этом месте просвечивала сквозь нее. — И потому, что сегодня полнолуние.

Глава 11

Корвина

— Нам нужно возвращаться, — были первые слова, сорвавшиеся с его губ, как только Корвина села в машину и пристегнулась.

— Из-за полнолуния? — спросила она, ставя сумку на пол, все еще думая о разговоре с Миссис Реми.

Он бросил на нее странный взгляд, который она не смогла расшифровать, и завёл машину.

— Потому что подниматься в гору после наступления темноты опасно. Подниматься в гору после наступления темноты во время шторма смертельно опасно, — он указал на клубящиеся, бурные облака в быстро темнеющем небе, мчащиеся к горе.

Она прикусила губу и поерзала с ремнём, пересекающим ее грудь, разделяя ее более тяжелые груди пополам таким образом, что это доставляло дискомфорт, но это было необходимо.

— Отправила свое письмо? — тихо спросил он, когда они приблизились к концу города, дома становились все реже с каждым километром.

— Да. С делами все хорошо? — спросила она, не понимая, как вежливо они вдруг заговорили о чем-то обыденном.

Это странно, ново, но не совсем ужасно.

— Да, — он повернул машину на первом повороте, когда началась извилистая дорога. — Я так понимаю, Миссис Реми рассказала тебе о местных легендах?

Корвина, которая смотрела в окно на вид — окно, которое он опустил для нее без ее слов, повернулась к нему.

— Ты знаешь Миссис Реми?

— Знаю. Я достаточно часто бываю на почте, — добавил он, уверенно управляя машиной в условиях ухудшающейся погоды.

— Что ты думаешь об Истребителях? — спросила она, желая узнать его мнение о легендах.

Уголок его рта слегка приподнялся.

— Руины в лесу, которые тебе так нравятся? Их называют Руинами Истребителей. Люди говорят, что именно туда они привозили людей, где их и находили, — он замедлил движение, когда высота увеличилась, — И где их убивали.

Ветер хлестал по машине.

— Сколько их было?

— Думаю, семь, — ответил он.

— Но там пятнадцать безымянных могил, — заметила Корвина. — Я посчитала.

Он слегка улыбнулся.

— Интересно, не правда ли? Если ты веришь местной легенде о том, что эти могилы принадлежат им, то кто еще там похоронен?

Корвина засунула большой палец в рот и задумалась.

Он мрачно усмехнулся ее молчанию.

— Могилы пусты, маленькая ворона. Не думай об этом слишком много. Любой, кто следил за расследованием, знает об этом.

Корвина на мгновение проигнорировала вид снаружи, наблюдая за ним, его мускулистые предплечья были обнажены под закатанными рукавами, его умелые, замечательные руки управляли машиной, как инструментом, который он так любил.

— Что тебя интересует в расследовании? — тихо спросила она, нуждаясь в том, чтобы почувствовать его причастность ко всему этому.

Он улыбнулся, но промолчал, оставив ее в еще большем замешательстве.

Первая крупная капля дождя упала ей на щеку. Корвина посмотрела в окно. Они поднялись достаточно высоко по горной дороге, и все, что находилось под ними, было окутано густым белым облаком тумана. Небо над ними стало злым пурпурно-серым, затемняя все достаточно, чтобы фары казались единственным источником света.

Громкий раскат грома прогремел вокруг них, и небеса разверзлись, изливая гнев на землю.

Мистер Деверелл выругался, замедляя движение, когда она быстро подняла боковое стекло.

— Разве мы не должны остановиться? — осторожно спросила Корвина, глядя, что он полностью сосредоточен на дороге.

Он покачал головой.

— Шторм надвигается слишком сильный. Нас унесёт вниз, если мы сейчас остановимся.

Она сглотнула один раз, ее сердце начало колотиться, а колени слегка задрожали.

— Но..

— Впереди есть участок для разворота, — сообщил он ей, переключая передачу, когда машина застонала и завыл ветер. — Он относительно плоский. Нам просто нужно добраться до него, когда шторм усилится.

Корвина кивнула и промолчала, позволяя ему сосредоточиться на том, чтобы доставить их на более безопасную местность. Ее разум кружился от шторма снаружи. Это то, что имела в виду ее мать в кошмаре о шторме и дьяволе, охраняющем ее — этот серебристоглазый дьявол и этот шторм? Или она имела в виду что-то другое? Что еще более важно, как ее мама во сне узнала обо всем этом?