Сама Академия представляла собой причудливое сочетание строений, корпусов, башенок и шпилей, соединенных галереями и переходами, лестницами, и на первый взгляд, там запросто можно было заблудиться. Хотя главные башни факультетов были окрашены в свои цвета: Земли — коричневый, Воды — синий, Воздуха — голубой и Огня — оранжевый. Центральный корпус выдвигался вперед, как нос корабля, его башня была самой высокой и покрыта золотом. Наверное, днем, в солнечном свете, она сияет не хуже второго солнца, видная издалека. Ну да, отличный ориентир для драконов, они тут наверняка есть и точно преподают на Огненном факультете. Бабуля рассказывала.

Я вошла вслед за делегацией и Красавчиком в просторный мраморный холл, украшением которого служила широкая лестница с резными каменными перилами и застеленная зеленой ковровой дорожкой. Мы все свернули вправо, прошли длинной анфиладой со стрельчатым потолком, расписанным растительным орнаментом, миновали небольшой зал, отделанный деревом, еще одну галерею с портретами ректоров и достойных профессоров. И наконец дошли до цели — распахнутых деревянных же дверей, за ними находился еще один просторный зал со сценой. Сиденья тут располагались амфитеатром, и большинство из них было занято всяким разнообразным народом, и только на первых рядах сидели собственно девушки. Именно туда зашли Красавчик и делегация, и мне пришлось идти за ними, выбирать место впереди. А мужчина поднялся на возвышение, окинул всех неодобрительным взглядом и звучным, хорошо поставленным голосом, явно усиленным магией, произнес:

— Посторонних попрошу выйти.

Ага, раз отдает такие указания, значит, не последнюю должность занимает. По залу прокатился гул недовольных голосов, но спорить никто не стал, и большинство сидевших покинули зал. Красавчик же уставился на кого-то позади и недовольно повторил:

— Я же сказал, посторонним выйти.

— А мы не посторонние, господин ректор, — раздался знакомый голос с явными насмешливыми нотками, и я вздрогнула, осторожно обернувшись.

Как бабушка оказалась здесь, понятия не имею, и вряд ли она скажет, как и то, почему имеет право находиться здесь. Ректор — ну, чего-то подобного следовало ожидать с такой внешностью, — недовольно скривился, но спорить не стал. Только губы поджал, да ноздри породистого носа раздулись, однако воли эмоциям Красавчик — тьфу, вот прицепилось-то, — давать не стал.

— Что ж, ладно, — сухо уронил он и подошел к кафедре.

Почти сразу из неприметной двери позади сцены вышел еще один мужчина, но этого я узнала, потому как не раз видела на портретах. Думала, они изрядно приукрашены, а вышло, что даже и нет, скорее, поскромничали. Ох, второй раз за вечер увидеть сногсшибательного мужчину — там наверху сговорились, что ли? Император был пошире в плечах, чем ректор, с гордым поворотом головы и тяжелым подбородком, орлиным профилем, полными, чувственными губами, сложенными в небрежную улыбку. Цвета глаз я не видела на таком расстоянии, но взгляд был пронзительный, пристальный, под таким точно сложно остаться равнодушной. Пшеничного цвета волосы перехвачены узким золотым обручем, украшенным спереди крупным бордовым камнем, на пальце — родовой королевский перстень. Интересно, и зачем сам император лично явился сюда? Надеюсь, сейчас нам озвучат причину этого отбора.

Его величество обвел взглядом присутствующих, приняв непринужденную позу, легкая улыбка говорила о том, что он прекрасно знает, как выглядит и какое впечатление производит на окружающих. Осторожно покосившись по сторонам, я заметила мечтательные взгляды и ответные улыбки собравшихся девушек. Некоторые приосанились, тут же принялись поправлять локоны и декольте, расправлять плечи, выгодно представляя свои прелести. Ну… Учитывая, что у императора уже есть пара… Вообще все странно. Нет, хорош, не спорю, даже очень, только во мне вдруг проснулся здравый смысл и настороженно повел носом, тихонько шепча, что тут что-то не так. И не ждет ли нас грандиозная подстава от всех этих красавцев?

Между тем, его величество начал говорить хорошо поставленным, бархатистым голосом, слова лились легко и непринужденно, так, что заслушаешься одним тембром, совсем не вслушиваясь…

— Прекрасные барышни, я очень рад приветствовать вас, прошедших отбор, и счастлив, что на него попали столь прелестные представительницы, — его улыбка стала шире, а соседки буквально "поплыли": глазки заблестели, щеки разрумянились, дыхание участилось, поднимая грудь. — Я уверен, что здесь присутствуют самые достойные…

Еще несколько минут император разливался соловьем, а во мне росла настороженность. Когда столько комплиментов от мужчины, это напрягает и заставляет ждать подвоха.

— Ну а теперь о том, зачем вас собрали, — император стал серьезным, и девушки подобрались, переглядываясь. — Поскольку это дело государственной важности, вы должны принести клятву молчания на крови, — взгляд его величества посуровел, мужчина замолчал и осмотрел всех нас внимательно.

Вот этот момент мне очень не понравился, я занервничала, отчаянно желая оглянуться на бабулю, но вроде она молчала, значит, ничего страшного не происходит. Ректор между тем достал откуда-то из-под кафедры гладкую темную сферу, похожую на ту, которой я проходила проверку в гильдии. Нас начали вызывать по одной, потом надо было уколоть палец, дотронуться до сферы и пообещать никому не рассказывать о происходящем на отборе. Причем, вызывали только участниц, как я отметила, и выходит, что или остальные уже принесли, или не очень-то им это и нужно было… Происходящее совсем запуталось, я окончательно перестала понимать. Но как и все, дала клятву и вернулась на место, и его величество продолжил.

— Итак, барышни, вы собрались здесь, чтобы… — император сделал паузу, и девушки — всего человек пятнадцать, не больше, — нетерпеливо заерзали, вытянув шеи. — Спасти империю, — торжественно закончил он, выделив еще и голосом эти слова.

Девушки приглушенно ахнули, а я обреченно вздохнула. Так и знала, что что-то нечисто с этим отбором, и зачем послушалась бабулю? Избавилась бы по-быстренькому от девственности, и дело с концом…

— Дело в том, дорогие мои, что я, как император, должен дать стране наследника, а моя истинная пара пока не может мне в этом помочь, — на красивое лицо набежала тень, и я почему-то поверила, что император сказал искренне. С его парой в самом деле что-то не совсем в порядке. — Пока же у меня нет наследника, Большой совет не дает согласия на установление между нами и техномагами защитного полога, — а вот сейчас отчетливо звучала досада, еще и его величество поморщился, не скрывая эмоций. — Это может грозить потерей магии, если что-то пойдет не так, но без полога изобретения техномагии могут расползтись по всей стране в катастрофических объемах, и вот это уже угрожает драконам потерей магии, — он снова сделал паузу, обведя всех пристальным, тяжелым взглядом. — Или даже всему миру, поскольку ослабляя у драконов магию стихий, или вовсе лишая ее, техномаги ослабляют и нашу обороноспособность, потому как в их государстве драконы без магии действовать не смогут. Сами же наши дражайшие соседи на нас благоразумно не нападают, лишь распространяют свои опасные изобретения с помощью контрабанды, — на полных губах появилась кривая усмешка. — Впрочем, барышни, я заговорился, — спохватился император. — Незачем вам забивать хорошенькие головки государственными делами, вы здесь не за этим, — он подмигнул. — Ответственным за отбор назначается наш уважаемый ректор Академии Ричард Мердор, — император махнул в сторону Красавчика.