Теперь и руки мои были свободны, он протянул розовую тряпицу, слабо напоминающую пеньюар, но всё же это была какая-никакая одежда.

— Я думала, это из-за Азазеля они хотят меня убить.

— А почему он выбрал тебя?

— Он не выбирал, это Риз притащил меня на тот ритуал!

— Глупышка, — он уселся на стол, на котором до сих пор валялся вибратор, и мои мысли опять едва не прекратили свой бег. — Азазеля нельзя призвать, как бы это вам смертным не хотелось. Он может явиться только к тому, кого сам выбрал. Именно по этой причине он помог твоему дружку совершить ритуал, а потом пометил тебя.

— Да, а потом Аббадон помогла мне его пленить.

— Я знаю про «Иса», — холодно взглянул на меня мужчина. — Больше ты не сможешь использовать эту штуковину.

— Почему ты всё это мне рассказываешь?

— Потому, что мне надоело постоянно выручать Азазеля. Из-за тебя он едва не поплатился своим разумом в плену у Лилит.

— Так ему и надо! Не надо было выручать его, — потуже затянув пояс на халате, я холодно взглянула на демона. — Без Азазеля мне прекрасно жилось, у меня была работа и любимый мужчина… — пришлось замолчать, так как Астарот разразился смехом.

— Любимый мужчина? — он продолжал смеяться.

— Да, любимый, мы с Вассаго любим друг друга, а Азазель всё испортил и никто не говорит мне, что с Васом!

— Глупая девчонка! — он ещё раз хохотнул, а затем впился в меня взглядом. — Ты никогда не думала, с чего началась ваша любовь? Почему ты вообще в первый раз переспала с нефелимом?

— Мы приехали домой и поняли, что желаем одного и того же.

— Внезапно? — мне не понравился его взгляд. — Мирра, это Белиал подстроил ваш секс. Тогда ему показалось это забавным, и к тому же он желал досадить Азазелю.

— Не может быть! Мы сами… — но внезапно я вспомнила, как это случилось впервые. Холодный ноябрьский вечер, кофе и внезапно вспыхнувшее желание. Словно мы приняли виагру.

— Я вижу, что ты вспомнила, — раздался из темноты новый голос, и у меня колени подогнулись от облегчения и злости на этого манипулятора. — Спасибо, дружище, что позволил задержаться у тебя, сейчас мы должны скрыться от глаз Лилит и её слуг.

Азазель подошел ближе и наклонился к самому уху.

— Я чувствую, что ты уже сегодня испытала оргазм и не один, поэтому не обидишься, что я прервал твоё приключение с Вассаго.

— Да пошёл ты! — в присутствии Азазеля ко мне вернулось былое самообладание.

— Вот видишь, с чем мне приходится иметь дело? — обратился он к Герцогу.

— Яблоко от яблони, — загадочно бросил Астарот и растворился в воздухе.

— Идём, Мирра! — бросил демон.

— Нет! Оставь меня в покое!

— Мирра, я устал, меня пытали, а по возвращении обнаруживаю тебя в постели с моим приятелем! А теперь после того, как ты показала себя во всей красе перед демонской четой, будешь ещё сопротивляться?

— Демонской четой? — казалось, глаза у меня вылезли из орбит.

— Астарта и Астатор — муж и жена.

— Чёрт знает что!

— Пора, Мирра, — и снова калейдоскоп завращался. Когда пришла в себя, оказалось, что попала в сестру-близнеца предыдущей комнаты.

— Вы, демоны, совсем не оригинальны!

— Это удобно использовать, чтобы ввести в заблуждение. А теперь мы проверим, так ли ты соскучилась по мне, как я по тебе, детка.

Его глаза зажглись синим пламенем, но я не собиралась так легко сдаваться, тем более что он не привязал меня. Резко отскочив, кинулась к двери, но только для того, чтобы быть пойманной Вассаго.

— Что здесь происходит? — Васс был мрачен, переводя взгляд с Азазеля на меня и потом на прозрачную тряпицу, именуемую халатом.

— Слава Богу, Вассаго, ты пришел, — я повисла у него на шее, но через секунду отодвинулась, поняв, что мужчина не обнял в ответ. — Васс?

— Мирра, иди в комнату.

— Пошёл ты! — но отстраненность Васса меня нервировала сильнее, чем хотелось признаваться.

— Иди в комнату! — рявкнул Азазель, но когда я не сдвинулась с места, крикнул в глубину квартиры: — Пейдж! Уведи её отсюда.

Рядом появилась сексапильная брюнетка, которая бесцеремонно схватила меня за руку и потащила вон.

— Азазель! Не смей запирать меня!

— Шевелись, Пейдж! — демон больше не взглянул в мою сторону.

Меня втолкнули в небольшую комнатку, всю обстановку которой составляла огромная двуспальная кровать, небольшой туалетный столик с мягким пуфом, светильник в углу рядом с одиноким креслом.

— Вот это твоя комната, смертная, — презрение в голосе этой демоницы не удивило, но вот ненависть, полыхнувшая в глазах брюнетки, была мне не понятна. — Располагайся со всеми удобствами, — и, подтолкнув к кровати, вышла, захлопнув дверь.