— Всё в порядке, она в надёжных руках. И я, и доктор Кэрри объясним тебе всё, что будет происходить, — попыталась успокоить его Киган. — Ладно, давай подготовим тебя.

Она вручила мне халат и проводила в ванную, чтобы переодеться. Нахмурившись я вышла оттуда.

— Кто-нибудь просто обязан придумать что-то более красивое, чем это, — я взялась за угол ткани и потянула вниз. — Я похожа на кита, прячущегося под простынёй.

Доджер засмеялся.

— Нет, ты заставляешь эту простынь выглядеть просто невероятно.

— Что я говорила о лжи? — проворчала я.

Киган помогла мне залезть на кушетку и откинуться назад, так чтобы ремни от аппарата КТГ и Допплера находились в точности там, где и должны были быть.

Она объясняла Доджеру, что делает, когда выдавливала гель на мой живот в двух местах.

— Вот эта малютка покажет нам, силу схваток у Мейси: так мы сможем решить, понадобятся ли нам какие-нибудь лекарства, чтобы помочь ей пройти через них. А это, — она указала на Допплер, — Позволит нам слушать сердцебиение младенца во время родов.

Он кивнул, смотря с повышенным вниманием. Находясь по другую сторону родов, я практически ощущала себя новичком. Это всё было довольно пугающе, когда происходило с тобой. Но, если я пройду через всё это, то, скорее всего, это поможет мне быть немного более чуткой с моими пациентками, когда они будут приходить сюда со взглядом, полным ужаса.

Я сидела на кушетке, откинувшись назад, пока Киган двигалась вокруг, вбивая информацию обо мне в компьютер, которая будет доступна на сестринском посту снаружи, чтобы они смогли следить за нами оттуда без необходимости находиться всё время в палате. Когда Киган схватила тележку, я поняла, что настало время для капельницы. Она хорошо их ставила. Мы тренировались друг на друге, когда учились. Я закрыла глаза и отвернулась, чтобы не видеть, как игла входит в мою вену. Я не боялась игл, но и не чувствовала себя хорошо рядом с ними.

— Окей, я пойду позвоню доктору Кэрри, чтобы дать ему последнюю информацию, а там — посмотрим, что он скажет. Тебе нужно, что-нибудь?

Я покачала головой, отказываясь. Она посмотрела на Доджера, молча сидящего на стуле.

— Я в порядке, — ответил он.

Когда она вышла, он встал и подошел ко мне. Схватив меня за руку, он поднёс её ко рту и поцеловал ладонь. Он посмотрел на мониторы и увидел, что у меня начинается схватка.

— Больно?

Я задышала.

— Немного. Но я всё ещё могу разговаривать, так что всё не так уж и плохо. Хотя, вероятно, скоро мне поставят эпидуральную анестезию. Я предпочла бы ничего не чувствовать, если не смогу справляться с этим.

Любимый звук, по которому я буду скучать, нарастал на заднем фоне, пока мы с ним разговаривали. Знакомое буханье сердцебиения моего малыша заверило меня, что он в порядке и терпимо относится к предродовым схваткам. Прежде чем Киган вернулась, у меня прошло ещё несколько схваток.

— Доктор Кэрри хочет, чтобы я проверила тебя и посмотрела насколько ты раскрыта. Ты не против, или тебе будет удобнее, чтобы это сделала Карен?

— Киган, когда я начну тужиться, ничто из этого не будет иметь значения. Ты раньше видела меня голой, так что давай.

Она уложила меня на спину и подогнула мои ноги, раздвигая их сильнее, чем я сама бы это сделала. Она разговаривала с Доджером.

— Доктор Керри объяснил тебе весь процесс раскрытия? — когда он кивнул, она продолжила. — Хорошо. Сколько было сегодня утром, когда вы приходили?

— Один сантиметр, — ответил за меня Доджер.

— Теперь уже три, и головка опустилась.

— Ты можешь почувствовать его голову? — спросил он полностью пораженный.

— Мхм, — она улыбнулась ему.

— Твою мать.

Я рассмеялась и покачала головой. Киган только что закончила осмотр и села.

— Думаю, когда начну тужиться, ему понадобится стул.

Киган засмеялась.

— Не дразни бедного парня. Для того, кто не знает, чего ожидать, он делает всё правильно.

— Я — грёбаный чемпион.

Мы покачали головами.

— Эй, ты можешь попросить доктора Росс спуститься и поставить эпидуралку, если доктор Кэрри не против?

— Уже готова к этому?

Я изогнула брови.

— Женщина, всё становится слегка некомфортным. По меньшей мере, я хочу почувствовать себя лучше.

Она кивнула.

— Хорошо. Сейчас вернусь.

Когда она вышла, Доджер пододвинул свой стул ближе ко мне и сел. Мы продолжали молчать и слушать сердцебиение нашего сына. Я сжимала его руку во время следующей схватки. Эта была особенно сильной, нежели остальные. Меня скрутило, и я мёртвой хваткой вцепилась в Доджера.

— Боже, как больно.

— На что это похоже? — с любопытством спросил он.