Поезд, однако, мчится без остановок. Прошло уже точно больше часа. Хотя мчится, это я загнул, скорее ползёт. Стало скучно, пододвигаюсь к Артуру, лежащему в паре метров.

– Злишься? Зря. Хочешь, я расскажу тебе, что дальше будет в России?

– Ничего хорошего не будет, я и без тебя знаю, – пробурчал, не поворачиваясь, Артур.

– В этом ты прав. Но лично мне, в России будет интереснее жить, чем во Франции. Тут моя родина, родной воздух, родной язык. А там мы никому не нужны. Мы не станем офицерами, французская армия нас не примет. Только в иностранный легион, а это мясо.

– А большевики примут? Ты хочешь стать комиссаром? – заинтересовался Артур, поднялся, осмотрел набегающий пейзаж, снова сел скрестив ноги по-турецки.

– Комиссаром нет, но есть много вариантов. Мы можем сменить имена и фамилии, в этом бардаке никто не станет проверять. Поедем, например, в Москву, там есть коммуны для беспризорников. Происхождение из самых низших слоев открывает широкие возможности. Главное не показывать свою образованность, а изображать постепенное увеличение …

– Нет, Вяземский, вы всё-таки сильно головой ударились, – сделал вывод Артур.

– Я вообще не ударялся! И я не Вяземский, хотя какое-то отношение к нему имею. Ты фантастику читал когда-нибудь?

Следующие полчаса я пытался убедить Артура, что я не сошел с ума, а прибыл из будущего. Безуспешно. Даже когда я припомнил факты из его детства, которые прочитал в его будущей книге – не помогло. Или он наврал в ней, или тот Ставский не имеет к этому, виртуальному, никакого отношения. Прервал мои попытки остановившийся поезд, прибыли, причем на крупную станцию. Судя по скорости и тому, что двигались без остановок, возможно, это Батайск. В данное время еще село, или скорее поселок. До самой станции далеко, название не видно, остановились на самой крайней ветке.

– Приехали! Короче, Артур. Если хочешь, посажу тебя в поезд на Новороссийск. Последний корабль отплывает в конце апреля, успеешь.

– Откуда ты знаешь? – хмуро уставился Артур.

– Я же говорил, что учусь на историка.

– Ты опять? – скривился Ставский. – Вот как я тебя такого брошу? Точно шлепнут, не одни так другие.

– Как хочешь, моё дело предложить. Кстати, какое сегодня число? И месяц? Год я догадываюсь.

– Сейчас, – наморщил лоб Артур, – тут сам уже сбился. Кажется двадцать пятое марта. Или двадцать шестое… А что это меняет?

– Да так, для общей информации. Насколько помню – белых в Ростове уже нет, так что пришло время тебе притвориться немым. Или дурачком. Короче, больше молчи.

– Тебе и притворяться не нужно! – обиделся Артур. – Я вообще с тобой разговаривать не буду!

Что и требовалось. Спрыгиваю следом за ним с платформы, под ногами грязь. Дождь недавно прошел, а может еще с зимы снег тает. Сапоги к месту оказались, с портянками самое то! Вопрос только, не жирно ли для беспризорников в такой обувке? Да и остальное слишком чистое и целое, сойдем и за домашних. У меня еще часа четыре или чуть больше осталось, что я за это время успею? Добраться до Ростова? Где тут остановка маршрутки?

– Артурчик! – кричу вслед оторвавшемуся метров на десять другу. – А какой тут транспорт есть в Ростов?

– Трамвай, одиннадцатый номер, к вечеру доедешь!

– Ты же обещал не разговаривать!

– Да пошел ты! – махнул рукой Артур и почесал без оглядки. Ладно, дорогу, кажется, знает.

Вскоре выбрались на раскисшую от грязи и навоза дорогу, слева ряд двухэтажных деревянных бараков. Пронеслась пролетка, запряженная парой лошадей, навстречу едет на полудохлой кляче водовоз. Или там вино в бочках? Да не… Народу мало, возле одного дома стоят три бабы неопределенного возраста, в длинных юбках и укутанные огромными платками по самый пояс. Перемывают кому-то кости. На нас покосились мельком, сочли недостойными внимания. Вот мужик идет, самого бомжацкого вида. А запах опережает его на пять метров, я чуть не задохнулся. На плече тащит мешок, наполненный на четверть, скорее всего мукой. А ведь это обычный крестьянин, какие же тут бомжи тогда?

– Артур! – не выдерживаю. – Далеко до трамвая?

Артур резко остановился, я с разгона ткнулся в него.

– Ты правда больной, или притворяешься? Две мили до трамвая, вот через балку срежем и часа за два до Ростова дойдем.

– А ты же говорил…

– Одиннадцатый номер это значит пешком! Я начинаю верить, что ты из будущего прибыл. Там все такие полуголовые?

– А-а-а! Так бы и сказал. Две мили говоришь? Откуда ты знаешь?

Что то мы поменялись с ним ролями. Теперь он ведущий, а я ведомый. Как-никак он лучше в этом времени ориентируется.

– У меня тётка тут живет, я на вакации к ней приезжал, – Артур снова зашагал вперед.

– Тётка? Так, а почему бы к ней не зайти? Ты разве не голодный? Или она не примет?

– Нет! – сказал, как отрезал. Неласковая видать тетка оказалась.

– Да постой ты! – цепляю его за плечо.

– Не замай! – резко сбрасывает руку. – Чего тебе?

– Ну придем мы в Ростов и что? В корпус нельзя, там, скорее всего, красные какой-нибудь комитет устроили. Родственников у нас там нет. Давай лучше подумаем, где пожрать раздобыть, а то живот к спине прилип. А потом за ночлег думать нужно, можно в районе станции поискать вагоны пассажирские, которые в тупике стоят.