В последнее время мысли были спутанными. Если в первые дни пребывания на горе дикарей я была точно уверена в том, что желаю Цахаеву никогда не рождаться на белый свет, то сейчас я… не ненавидела его. Нет, влюбленной дурой меня тоже было назвать нельзя, но близость с ним мне нравилась.

Наверное, дело было просто в гормонах. Чего можно было от меня ждать в мои двадцать?

Плюнув на все подобные дурацкие мысли, я помогла Фатиме с ее помощью мне, и мы совместными усилиями закончили меня собирать.

Спустились вниз, где посмотрели ТВ, затем приготовили ужин, вместе же его и съели, потому что мой супруг не пришел домой вовремя, а затем отправились по своим спальням.

Шамиль вернулся ближе к полуночи. Зашел в комнату тихо, словно старался меня не будить, но я и так не спала.

– Привет…

– Не спишь?

– Нет… - я покачала головой и удобнее легла, чтобы иметь возможность рассмотреть мужа. Он выглядел немного уставшим, немного недовольным, в общем, всего понемногу. – Мы завтра летим в Москву? – спросила я.

– Да… - Он кивнул и сел рядом. Рука коснулась моего оголенного плеча и легко прошлась вниз. С некоторых пор я спала в красивых сорочках. Лучше, чем голой.

– Я хотела с тобой поговорить на этот счет… думала, ты придешь к ужину, но…

– Не получилось.

– Я поняла.

Сев на кровати, я чуть пододвинулась к мужу, вдыхая ставший уже привычным аромат пряностей.

– Это ждет до завтра? – как-то устало протянул он, но я отрицательно покачала головой. Ждало, в общем-то, но я еле набралась смелости завести речь о том, чего так боялась. Я и до брака была наслышана о том, что кавказские мужчины были строги, но проживание здесь и рассказы Фатимы лишь укрепили меня в этом мнении. – Говори.

– Когда мы вернемся домой… что меня ждет?

– Ты о чем? – Шамиль нахмурился и бросил на меня непонимающий взгляд.

– Мне… что мне будет можно, чего нельзя?

– Вот ты про что…

– Я не хочу бросать учебу, просто не могу, это моя жизнь, я много лет училась, самостоятельно поступила в лучший ВУЗ города, что бы там не думали и не говорили, я мечтаю стать журналистом, это мое призвание, в этом я вижу свое будущее, я просто не смогу…

– Лана, Лана, тише, что ты несешь? – перебил меня Цахаев, заставляя замолчать. – Что за ерунда?

– В смысле?

– Я не собираюсь заставлять тебя бросить учебу, что за глупости?

– Правда?

– Правда. Я даже отца уговорил, чтобы Фатиме разрешили учиться.

Наверное то, с каким облегчением я выдохнула, просто не могло остаться незамеченным. Шамиль усмехнулся и лишь покачал головой.

– Ясно…

– Но, наверное, хорошо, что ты затронула эту тему. Я собирался поговорить по прилету в Москву, но можно и сейчас.

Шамиль принялся медленно раздеваться – расстегнул пуговицу за пуговицей на неизменно черной рубашке, после чего небрежно сбросил ее на пол, а мой взгляд устремился на открывшиеся части его тела – плечи, спину, ямочки на пояснице…

– Я не знаю, как ты жила раньше, что себе позволяла, но сейчас ты замужем, поэтому должна понимать, что тебе можно, а что нельзя.

– Например? – Моя рука сама легла на его плечо и слегка помяла. Нет, это точно была не я. Мозг сам контролировал мои ладони, что аккуратно стали разминать напряженные мышцы.

– Клубы, алкоголь, сигареты, друзья мужского пола, переписки в соцсетях, татуировки, пирсинги, дерзкие наряды, чересчур яркий макияж…

– Воу… нужно бы записать… список выходит внушительным…

– Разве? – Шамиль повернулся ко мне и наши лица почти соприкоснулись, так близко друг к другу мы оказались. Я сглотнула, не решаясь что-либо ответить. Почему всегда становилось так неуютно и одновременно стыдно под таким вот его взглядом?

– М… - неопределенно промычала я.

– Из дому можно выходить с моего согласия. Ходить куда-либо, не спросив у меня ты не можешь. На учебу и обратно тебя будет возить водитель. За руль сама не садишься. Готовка на тебе, уборкой квартиры занимается прислуга. Как прилетим в столицу, получишь карту, можешь тратить деньги на еду, одежду, учебники, все, что посчитаешь нужным, но, если я спрошу о чем-то касательно трат, ты отвечаешь, отвечаешь без истерик и отвечаешь честно. Это понятно?

– Шамиль…

– Хочешь повозражать? – приготовился супруг, слегка передернув плечами и, будто напоминая мне о том, зачем я вообще положила ему туда свои руки.

Вообще-то, стоило бы. Правда. Потому что тот список, что он выдал, он был просто огромным и вообще ущемлял все мои права! Но… тут были свои «но». За двадцать лет в клубах я была дважды или трижды и все разы были столь отвратительными, что я не согласилась бы вернуться туда даже за деньги. Я никогда не курила, а алкоголь пила раз в год, исключительно на праздник. Пьянство не поощряла и не считала его ни забавным, ни безопасным. Татуировок и пирсингов у меня не было, более того, я никогда не горела желания сделать что-либо из перечисленного. Водила я чертовски плохо и те пару раз, что брала автомобиль Инги, все заканчивалось плачевно, а если быть точнее, двумя мелкими ДТП. Я даже просила Диму о личном водителе, авто-то у меня было, но он наотрез отказался, велев продолжать учиться в автошколе.