— А если кто-то не хочет участвовать в этом? — вдруг раздался сипатый голос.

— У нас тут в Пандемониуме свободы, к сожалению, нет, — как-то грустно хохотнул Гарри. — Выживание дело коллективное. Единственная свобода, которая у вас есть — это свобода уйти отсюда, либо свобода пустить себе пулю в голову. Тоже свобода, — он хмыкнул. — В общем вы вольны распоряжаться свой жизнью, но не более того. Кто отказывается участвовать, перестаёт получать еду, — бросил он напоследок и окинул всех взглядом. — Предложения и пожелания… — он задумался, — не принимаются.

— После еды каждый обратится в свой отряд за выполнением ежедневного задания. Сегодня по сокращённой программе, — добавил Леголас. — Разойтись!

Компашки стали разбредаться по казарме, встревоженные такими переменами. Да и сама Сеамни чувствовала себя крайне паршиво: в животе стало крутить от волнения, обрубок мизинца вновь зачесался.

— Может ну его? — причитал идущий рядом Сандерс, молоденький пацан, у которого даже щетина не проклюнулась ещё. — Свалить надо, пока до меня очередь не дошла, а, Сеамни?

— И что ты собрался в пустыне делать? — вопросом на вопрос ответила эльфийка, не поведя и ухом.

— Ну как что? Соберу людей, пойдём бесов наберём, оружия тут возьмём. Может, других людей найдём, — стал мечтать тот.

— Пороха, видать, не нюхал и с голоду не пух, — пробасил идущий рядом чернокожий Громила.

— Сандерс! — раздался голос Гарри.

Парень побледнел и остановился, втянув голову в плечи.

— Он знает, что я подумал сбежать! Он знает! — у паренька застучала челюсть, и руки затряслись мелкой дрожью.

Гарри подбежал к компашке, которая остановилась как вкопанная.

— Что-то случилось? Или ты подумал, что я тебя бить буду? — поднял бровь Гарри. — Пошли со мной, не стой столбом, — прикрикнул он и пошёл обратно в свой кабинет. Сандерс поковылял следом, лишь кинув напоследок умоляющий взгляд.

— Как думаешь, хана пареньку? — спросил у Сеамни Громила. Чернокожий мускулистый здоровяк комплекции орка не казался испуганным, скорее был озадачен произошедшим. — Он на самом деле мысли читать умеет?

Сеамни ничего не сказала. Она опасалась Гарри потому, что не знала, чего можно от него ожидать. При всём при этом она считала, что Гарри не из тех, кто будет причинять вред человеку без особой нужды. Если же у Гарри была нужда, в этом случае Сеамни не сомневалась, что Гарри причинит много, очень много вреда.

Сандерс же за завтраком так и не явился.

После насыщения желудка, у жителей этой крепости, как это было заведено, было в распоряжении какое-то количество времени, чтобы привести себя в порядок. Сеамни же, вспомнив, что Майвана говорила, что в оазисах иногда бывают озёра, и можно помыться как подобает лесной деве, решила не тратить время на душ и забилась в своё укромное место между стеной крепости и складом.

Это место не было тайным. Нинтр раз даже принял втихаря попытку подомогаться Сеамни в самой грубой форме, однако после краткой беседы решил не усложнять себе жизнь. Крит не спустил бы подобного, и на одного смертного в крепости стало бы меньше.

Думала Сеамни, правда, о другом. Мысль её раз за разом возвращалась к эльфу. Вчера он попросил её посидеть рядом, а сегодня появилась возможность попасть в его отряд. Она постоянно себя одёргивала, что благородные эльфийки так себя не ведут. Гордо задери подбородок, смотри только ледяным взглядом, а уж когда он горы свернёт в твою честь, тогда раскройся только для него, дай стать по одну сторону, на одном уровне, но не выше.

Она не помнила себя, однако то, что она помнила, говорило о том, что она не знала страданий долгие лета своей жизни, как не знал войн её род. Сейчас же, глядя на отрубленный мизинец, который постепенно переставал болеть и только благодаря мазям, которые Ворон ей сразу вручил, этот обрубок не стал нарывать, глядя на него Сеамни понимала, что от всех этих мерзких орков или тупых людишек ничем не отличается. Она такая же смертная, как и они, хоть и осталась привычка прикидываться бессмертной.

И вот тут как раз и крылся чёрт. Эльф позвал её для того, чтобы она составила ему компанию, а ей оказалось мало. Она хотела сидеть так вечность, наблюдая за тем, как рождаются и умирают звёзды. Вечности не было, потому в голове крутилась только одна мысль — быть с ним всегда, сколько позволяет само время. А для этого нужно было попасть в его отряд.

Она смотрела на свои руки, она вспоминала слова Майваны, о том, что магия внутри, её нужно разбудить, нужно вспомнить. Магия — это сродни тому, как дышать. Видимо она никогда не умела колдовать.