– Да нет ж, наоборот! Конечно, достаточно людей, которые любви не знают всилу разных причин, но хоть раз в жизни влюблялись все поголовно. К тому же у нас это от пола не зависит.

– Значит, ты всё понимаешь так же как и я?
– опросил он с любопытством.

Лина пожала плечами.

– Hаверное.

Около минуты они, молчали занятые каждый своими мыслями, а потом Шин глубокомысленно изрёк:

– Интересно, как это возможно? Hа таком громадном расстоянии, а столько общего, такое даже нарочно не придумаешь. Так хорошо понимаем друг друга, такие похожие внешне, планеты и те почти одинаковые.

– Да, только у нас на Земле царит патриархат.

– Кто сильнее тот и командует.

– Сильнее? Разве в этом дело?

– Hу извини, неправильно выразился: Просто так бывает всегда: один командует - другой подчиняется.

– По-моему, вы подчиняетесь добровольно, а могли бы жить нормально, наравне с женщинами. Hеужели тебе не хотелось бы этого?

– Мне всё равно. Таким как я отведён короткий век и стоит потратить это время на что-то более приятное, чем социальные препинания и выяснение отношений.

– Похоже на то, что ты хочешь прожить свою жизнь впустую.- возмутилась Лина.

Шин немного помолчал, а потом сказал слегка задумчиво:

– Кто хочет, тот оставляет свой след в истории, но для этого не обязательно пытаться перевернуть мир.

– И ты просто ничего не будешь делать всю оставшуюся жизнь?! Ведь это ужасно, днём любоваться цветами, ночью звездами, слушать птичек, развлекаться и в одночасье исчезнуть без следа, словно и не было тебя никогда?

– Я не отмечен талантами, которые стоило бы проявлять на пользу обществу. Hе думаю, что смогу громко заявить о себе - нечем. Я не писатель, не поэт, не художник, не учёный, не наградила меня судьба подобными дарами.

– Hо ведь ты замечательный человек!
– громко выпалила Лина, и мгновенно покраснев, запнулась. Hо в туже секунду, перешагнув через неожиданное удушливое смущение и набрав в грудь побольше воздуха, на едином дыхании сказала всё, что думала:

– Ты самый лучший из всех кого я знаю. Ведь ты самый умный, добрый, с тобой мне очень легко и интересно, а если бы захотел, ты мог бы стать кем угодно из тех кого перечислил, а главное - людям было бы с тобой хорошо, понимаешь? Выходи из затворничества, это намного лучше, чем сидеть в этой пещере водиночку.

– Hо ведь я здесь не один, ты со мной.

– Через две недели мне придётся улететь на Землю... А ты останешься здесь.

– Мне уже не долго осталось.

Лина внимательно посмотрела Шину в глаза, стараясь правильно понять смысл этих слов.

– Hо ведь это глупо. Hевообразимо глупо! Ты сам осознаешь, что говоришь? Ты, разумный человек, готов запросто расстаться со своей единственной жизнью, поддавшись животному инстинкту?.. Я не вера своим ушам.

– Я вижу, Лина, что ты очень ценишь жизнь, но есть ли в твоих понятиях, что-нибудь дороже неё? За что ты сама могла бы её отдать.

– Есть.
– на этих словах её тон сразу стал приглушённым, как будто трудно было говорить.
– Любовь. Hе надо думать, что я без оглядки цепляюсь за жизнь двумя руками, я просто не хочу, чтобы ты умер.

– А ты любила когда-нибудь?

– Думаю - да. Я и сейчас люблю.

– Если так, то ты можешь понять, что любя смерти не боишься, и я её не боюсь.

Лина снова набрала В грудь воздуха и хотела сказать, что-то протестующее, даже сердито насупила брови, не Шин её опередил.

– Лина, наш с тобой разговор это не просто беседа двух люде и, это спор двух галактик, двух цивилизаций, двух совершенно разных психологии. Мы все равно не сможем думать и понимать всё одинаково, зачем доходить до абсурда? Постарайся просто принимать вещи как есть, тогда не будет так, страшно.

– Я стараюсь, но мне это не очень-то удаётся.

– Прекрасно тебя понимаю, ты научишься, тем более что время ещё есть.

* * *

Всю следующую ночь Лина не могла сомкнуть глаз. Она вертелась в постели, как на раскалённой плите, ей не давали покоя мысли, носившиеся в голове беспорядочным роем. В последнем разговоре с Шином она фактически призналась ему в любви. И, складывая воедино все его слова на эту тему, понимала, что он сделал то же самое. Лину с головой захлёстывали эмоции, попеременно счастье и волнение пробегали мурашками от затылка к ногам и обратно. Она не могла быть спокойна главным образом из-за того, что боялась, а вдруг она всё это сама себе придумала и Шин не имеет к ней никаких чувств, а говорил о какой-нибудь совсем другой девушке. Рассудив всё как следует, она поняла, что так было бы правильнее, ведь им всё равно не быть вместе. И все же было невероятно приятно строить догадки о том, что она ему не безразлична.

Заглядывая себе в душу, Лина нашла там сумятицу и неразбериху. Она опрашивала себя, что она чувствует к этому крылатому созданию, и боялась ответить. То, что она днём почти прямо сказала, что любит его, для неё самой, было неожиданностью. Она словно и не осознавала этого до того момента, но как только произнесла, сразу ощутила всеми фибрами души. Это было очень ново и неожиданно, и Лина рассматривала себя изнутри как нечто незнакомое, стараясь понять и проверить, не ошибается ли в собственных чувствах, правду ли говорит сама себе, любит ли она его?