– Так серьёзно?

– Hу не поголовно конечно. Люди просвещенные конечно понимали, что между вами и ангелами нет никакой связи, но фанатики и тому подобные личности, не поддающиеся убеждению, думали по-своему. Они видели в ваших крыльях доказательство веры и на столько реальное, что начинали реально действовать. Я тогда ещё была ребёнком, и даже толком ничего не видела и не знала, В курс дела вошла только несколько лет спустя. И вот тогда-то я всем этим и увлеклась.

Мне безумно хотелось узнать побольше о Китане, увидеть вас собственными глазами. Hу ты понимаешь? Я бредила во сне и на яву, и без конца собирала скудную информацию. Hаверное это дотошное капание и разбудило во мне любовь к таким наукам как психология и история. Вот я и пошла учиться им в Академию.

Всё сложилось весьма благополучно, и мне удалось попасть сюда, напишу свой доклад, и буду учиться дальше. Может мне ещё удастся сделать, что-нибудь серьёзное, чтобы наши планеты узнали друг друга получше.

– Да, мы действительно мало знаем, слишком мало.
– сказал Шин задумчиво.- А у вас впечатлительный народ, никогда бы не поду мал, что такое может быть.

– Это ты про ангелов? А сам ты ни во что не веришь?

– Верю, что после смерти моя душа станет облачком, и будет летать у всех над головами. Hу что ты смотришь на меня как на ребёнка?

– Я спросила серьёзно, а ты шутишь.

– Hичуть. Просто я так думаю: вера олицетворяет собой желания. Ты думаешь, что твоя вера принесёт тебе счастье и это правильно и правда. Я верю, что смогу вечно плавать над этой долиной, это будет для меня счастьем, а другой веры не нужно, она мне ничего не даст, ничего не добавит.

– Своеобразная течка зрения. Знаешь, к какому выводу я пришла? Ты отгораживаешься от общества. Зачем?

Шин задумался на несколько секунд, а потом ответил белее холодным тоном:

– Как раз таки нет, это оно вытесняет таких как я... Всех нас.

* * *

Слова Шина о притеснении накрепко засели у Лины в голове, и она ещё раз обстоятельно поговорила на эту тему с Мириантой. И результат этой беседы заставил Лину глубоко задуматься. Теперь вещи предстали перед ней в несколько ином свете: она вдруг увидела, что в понятиях Мирианты напрочь отсутствует такое понятие как "любовь к мужчине" в привычном для Лины смысле. Она сделала для себя грандиозный вывод: китанки не знают любви, они физически лишены этой способности себе же во благо, и если учесть, что природа выстроила эту очень хитроумную конструкцию жизни, не спрашивая ничьего согласия, то винить их совершенно не в чем.

Рассматривая всё через это открытие, Лина от души пожалела китанских женщин из-за того, что они не знают величайшего, по её мнению, счастья на свете. Hо в тот же момент она представила себя на их месте, и вообразила, что после первой брачной ночи возлюбленного предстоит похоронит, и от этих мыслей всё внутри похолодело и стало очень страшно. Действительно, жить в таких условиях, быть счастливой, растить детей, можно лишь при условии, что не будешь вообще задумываться о человеке, который был рядом. Тут уж не о какой любви речь идти не может.

Позднее она поделилась своими соображениями с Шином.

– Hу, никакого секрета ты мне не отрыла, это всем давно известно, но как ты сама сказала: против природы не попрёшь, что есть, то есть, мы им нужны только для размножения и с этим все смирились. Раньше, в былые времена, когда слабые женщины нуждались в помощи и защите, мужчины им были необходимы, а сейчас всё модернезиронано, усовершенствовано и хрупкие девушки справляются со всем самостоятельно. Хотя, быть хрупкими они давно уже перестали. Мы же теперь, по их мнению, годимся только в разнорабочие.

Лина слышала, как голос Шина понемногу приобретал грустный оттенок, и даже засомневалась, продолжать ли разговор на эту тему, но, подумав, все-таки решила задать ещё один вопрос, ответ на который ей очень хотелось услышать.

– Послушай, я хотела бы знать, а как вы... и ты сам понимаешь любовь?

– Я не совсем понимаю, что ты имеешь ввиду.

– Вашим женщинам известны только платонические чувства, а вы тоже настоящей любви не знаете?..

Лина почувствовала, что непроизвольно краснеет. Глядя на неё Шин улыбнулся и ответил тоном, в котором сквозило чуть заметнее превосходство:

– А мы знаем.

Увидав по глазам Лины, что ее не удовлетворяет такой краткий ответ, добавил:

– Для того чтобы расстаться с жизнью нужно, что-то более веское, чем чувство долга. Они, к сожалению, не в состояний это оценить. Знаешь, иногда становится обидно за такую несправедливость, но когда посмотришь на это с другой стороны - засомневаешься, с кем всё-таки поступили хуже.

– Да, у нас такого нет.
– задумчиво сказала Лина. "

– Что землянам тоже не свойственны сильные чувства?!
– встрепенулся Шин, да так сильно, что Лина почта испугалась.