— Нет, я одна.

Я в спешке собралась, еле дождалась такси, было желание бежать пешком. Да что там случилось?! О самом плохом я пыталась не думать.

Прода от 31.01

Когда машина остановилась у подъезда, я торопливо толкнула в ладонь таксиста купюра, и не обращая внимания на его крики «Женщина, тут много, возьмите сдачу», через ступеньку понеслась к этажу родителей. Ключ все никак не хотел попадать в замочную скважину, норовя выскользнуть из моих рук. Я отчаянно дернула ручку, дверь оказалась не заперта.

В коридоре меня встретила мама, которая дрожащими руками обхватила меня, потащив в комнату отца.

— Мама, — чуть не плача зашептала я.

Мама звонко и нервно рассмеялась, подталкивая меня к порогу.

— Гена, покажи ей!

На кровати сидел папа, который хлопал себя по коленям, и по-молодецки ерошил свои седые волосы. Он потянулся к ходункам, стоявшим у его кровати, напряженно глядя на свои ноги. Изо всех сил потянулся и… встал. Мало того встал, он прошел пару шагов, пока я не поймала его, заваливающегося набок. Усадила его обратно, и сползла по стене на пол.

— Вы сумасшедшие… — устало выговорила я. — И я с вами чуть с ума

не сошла.

— Подумала, что помер? А хрен я помру! «Я, может, только жить начинаю: на пенсию перехожу»., - процитировал папа почтальона из мультфильма. — Слово теперь какое знаковое — «перехожу». Хожу…

— Я чуть не умерла от страха, — прошипела я маме, которая присела рядом на пол.

Теперь мы обе сидели в ногах отца, который сидел с гордо поднятой головой, и напомнила почему-то капитана корабля. Ему не хватало капитанской фуражки, так как ручки ходунков смотрелись, как штурвал. И вцепился он в них так, будто вокруг бушевал жуткий шторм. Мы с мамой рассмеялись, при этом я просто радостно смотрела на отца, а мама еще и плакала. Я прижала ее к себе, и сдерживала себя, чтобы не пуститься в рев вместе с ней.

— Ты прости. Я просто так опешила, когда увидела, как он идет. Он перед твоим приходом вообще 5 шагов сделал! — затараторила мама. — Потом правда начал падать, и я телефон кинула куда-то. Сейчас искать придется.

Она поползла к другой стороне кровати, даже не пытаясь встать. На что папа хмыкнул:

— Ну, давай теперь ты разучись ходить!

Мы вместе засмеялись, и я откинула голову, прислонившись к холодной стене. Всё налаживается…. Все налаживается.

Я осталась ночевать у родителей. Перед сном позвонила Герману, который, пока мы с мамой пили чай, успел оставить около десятка пропущенных звонков.

— Привет. Всё нормально. Точнее более, чем нормально. Папа смог сам встать, и даже сделать несколько шагов, — поделилась я радостью с Германом.

— Вау, это же прекрасно! После инсульта?

— Да. Он долго лежал. Но упорно занимался каждый день с реабилитологом.

— Кто лечащий врач?

— Моя мама, — рассмеялась я. — Нет, есть, конечно, другой доктор, но мама сделала самый большой вклад в его выздоровление.

— То есть ты из семьи медиков?

— Я тебе обязательно всё-всё расскажу про свою семью, но сейчас я ужасно хочу спать. Слишком много новостей за сегодняшний день… — сказала я, намекая на наше обоюдное признание в симпатии.

— Пусть тебе приснится альтернативное окончание сегодняшнего

вечера.

— Ммм… Тогда пусть тебе снится то же самое, чтобы я одна не

мучилась.

— Мне это «альтернативное» каждую ночь снится… — печально признался Герман.

— Ого. И как оно: смотреть на человека, с участием которого тебя снятся эротические сны? — спросила я интимным тоном.

— Ладно бы эротического… Скорее порнографического, — ничуть не смущаясь, ответил мужчина.

— Ну и как оно?

— Печально, с установкой «смотреть, но не трогать», — с ухмылкой ответил мужчина.

— Теперь можно и нужно трогать. Но потом. А сейчас я буду спать. Спокойной ночи тебе!

— И тебе, Лариса, — мужчина вкусно протянул мое имя.

С утра меня разбудило сообщение от Германа: «Проект регламентированных пересдач утвердили. Можно на среду ставить первую комиссию. Доброго утра тебе!»

Настроение сразу полетело вверх. Отличная новость с утра! Я быстро сходила в душ, огорчила маму отсутствием аппетита, поцеловала как никогда бодрого отца, и поехала в университет. Зав. каф как раз читала новое положение о пересдачах. Посмотрела на меня, опустив очки на нос, и с улыбкой сказала:

— Всё-таки есть знакомые, — подчеркнув это слово, — в ректорате?

— С чего вы взяли?

— А с чего бы это стали менять половину всех нормативных внутренних документов об экзаменационных процессах? Положение вот новое прислали. Резво так, за пару дней, сделали. Зная наш ректорат, это могло год занять, с их то расторопностью. Потом я посмотрела на строчку «автор проекта», и все поняла. Новый проректор — новые правила?

— А мне почем знать? — ответила я в ее манере, используя просторечное выражение.