— Как же! — разогнулась дама и поправила синий халат. — Она так бегала по отделам, все проверяла, как пчелка туда-сюда, а потом пропала на неделю и пришла уже такой. Может, от нервов? У молодых сейчас все плохо. То тело не слушается, то голова улетает на Марс, — кряхтела она и терла уже зеркало, пока с недоумением на все глядел Аркадий, понимая всю суть своей должности. — Ты-то милок постарайся, девка хорошая, дельная. С ее приходом клиентооборот увеличивается, во! — тыкнула в зеркало грязной тряпкой.

— Понятно, — почесал голову мужчина, поблагодарил женщину за подробный ответ и пошел на очередной инструктаж, экскурсию и остальное, чтобы запомнить каждый угол еле трепыхающегося центра, отделы которого закрывались одним за другим. — И как же тут справиться? А можно?

Многие искали место, куда свалить, этого и не скрывали, но сдерживали свои порывы, так как аренда была снижена до пятидесяти процентов. Пустые витрины не вызывали покупать что-нибудь в соседнем бутике, да и люди были вялыми, не простимулированными. «Молли» напоминал сонный двор, в котором одиноко, но спокойно. Никто никуда не спешит, все живет своим чередом, но…. Здесь не делали деньги, не приносили деньги семьям. Многие голодали. Работы у Оксаны было выше крыши, а она еще улетела на два месяца, посчитав, что снижение аренды может хоть что-то изменить. Особенно, после того, как гость нашел в одном гамбургере жирного таракана и устроил грандиозный скандал с привлечением социальных сетей.

Тогда сонное царство шелохнулось. Менеджер, временно исполняющий ее обязанности, принес извинение, вызвал дезинфекцию и два дня на верхнем этаже делать было нечего. Все поравнялось жуткой отравой.

Работники центры были ужасны; лучшие ушли, низкобюджетные оставались плавать бревном, топя всех остальных. Даже не будучи начальником, новичка это задевало, хотел выйти в самое многолюдное место в “Молли”, проорать и обратить внимание на проблемы, но он был никем, и это ограничивало его во всем.

Он обучался английскому, который слегка подзабыл, сам занимался по разговорникам, с грустью посматривал на закрытую дверь кабинета директора, пиная пластиковое ведро под столом от скуки, читал новости, смотрел на счастливые фотографии сына, выставленные изменщицей. И такая злоба брала мужчину, что ему оставалось лишь пить, но он держался, держался, ожидая с минуту на минуту появление нового начальника. Начальницу. Красотку со множества фотографий, оказавшаяся в аварии совсем недавно, но чудом уцелевшая. На этом ее удача кончилась, а потому из улыбающееся богини она превратилась в потерянную женщину, которая не может самостоятельно наточить карандаши. Ее было искренне, по-человечески жаль, но и вызывала уважение, что, только сойдя с больничной койки, отправилась в заграничную командировку.

И вот настал день ИКС. Мужчина вошел в ТРЦ "Молли-центр" и вздохнул. Присмиревшие сотрудники и арендаторы всем своим видом говорили, что она уже здесь. И весьма не в добром настроении.

Глава 4

Она пришла за пару часов до открытия центра, с громом и молниями. Резанула пространство жестким стуком ботинок, поднялась на лифте до верхнего этажа и оказалась в административной части. Некоторые уже приходили, открывали свое добро и не подозревали, что будет ждать их впереди.

Без украшений, косметики. В свитере и темных штанах с начесом. Такой она представила перед главами отделом. Они смущались, не верили в нее как в лидера, но взгляд… какой ее был взгляд. Львиный.

— Какого, простите, хрена? — захрипела она альтом. Не выспавшаяся. Злая. — Таракан? Вы дома можете хоть зажраться тараканами, но здесь должно быть, как… как…

— В морге? — попытался пошутить Леонтий — ответственный за отдел одежду.

— Мне абсолютно по боку, сколько трупов в твоей квартире, но здесь прошу быть внимательней! — ее рука болталась, как и говорили работники «Молли». — Сюда приходят люди за покупками, поесть, провести время на аттракционах, в кинотеатрах, но что это?

— Вчера было только двести человек, — поднял голову ответственный за маркетинг.

— Двести? Ну хоть не нуль, а… или вы подсчитали с работниками? Я получила согласие на вакханалию, поэтому люди с слабыми сердцами, нервной системой прошу написать заявление на увольнение. Такие администраторы и замы, не способные отвечать требованиям санпина, хотя бы его, не имеют право работать здесь.

— Но! — всполошились люди.

— Вы слишком жесткая. Нахватались с Азии? — вновь забрюзжал нахальный Леонтий.

— Уволен, — холодно осадила Оксана. — Я молчала лишь потому, что входила в курс дела, а сейчас у меня в руках шесть иностранных контрактов. Если их агенты увидят вашу деятельность — они проклянут Россию, а ты будешь первым, кто посрамит «Молли», — взглянула на потемневшего человека, прикусившего язык. — Статья, недобросовестное выполнение обязанностей. Остальные же должны провести собрание и решить, что они будут делать с отсутствием клиентов. Отел по маркетингу, планирования, общепита останутся. Нам нужно обсудить контракты и будущее центра, — она не смотрела на Аркадия. Знала, что присутствует, оставила мотать на ус. Кинула папку с документами, которую тут же разобрали по листочкам любопытные и удивленные ответственные, не знавшие, как ей удалось все это провернуть. — Это только начало. Мы должны выгнать популярные пищевые франшизы и оставить место за эксклюзивом, как и российским, так и иностранным. Японские рестораны будет работать на базе кафе «Суши-Вкуси», у них произойдет ребрейдинг. Если, конечно, они удостоверятся в предлагаемых условиях. Я общалась с директором японской компании в течении двух лет, убеждала расширить его франшизу на Запад. Он согласился.