Ярлы Сивербё молчали. Потом отец рассудительно заметил:

– Ты родич Ёрмунгардсона и хозяин Вёллинхела. Вот возьмешь себе в наложницы пару дочерей шведских конунгов – и о том, что случилоcь этой ночью, забудут. Будут вспоминать лишь о твоих победах и о твоей великой удаче. Но если ты хочешь жениться на этой бабе, потому что боишься злых языков…оно того не стоит, сын. Не делай этого.

Ярл Огер смолк, Свальд проворчал:

– Ниду я спросил, зачем она это устроила. Вас я об этом спрашивать не буду. И так ясно. на не дочь конунга, не из наших краев… спрошу о другом. Почему сейчас, отец? Мы в походе. Ктo знает, что со мной случится через пару дней? К чему портить мне ночь, которую я хoтел провести с молодой женой? Так не терпелось? Не могли подождать до конца похода – и тогда устраивать подлости?

На этот раз отозвался дед. Каркнул хрипло, зло:

– А ты забыл, что первый сын первой бабы, которую ты напоил своим элем, по обычаю станет старшим после тебя в роду? И первым из наследником! Ты ведь уже через полгода заведешь себе новую девку, Свальд! Нам ли этого не знать? Вас ведет в поход сам Ёрмунгардсон…

Тон старика на мгновенье стал почтительным.

– А когда вы вернетесь с победой, многие захотят породниться с тобой! Конунги сами будут привозить к тебе дочек – потому что ты больше не будешь ярлом с одним драккаром, каких пруд пруди! А сколько найдется в шведских краях дочек конунгов, готовых лечь на твое ложе – лишь бы не ложиться не знай под кого? И все они рождены на Севере, как ты! Они знают, что врагов, даже если те мамкину титьку сосут, нельзя отпускать! Да ты целый хирд из красавиц с кровью конунгов себе наберешь – вот увидишь! И они родят тебе достойных сыновей… но что ты оставишь им в наследство? Драккар? Целую пару драккаров? А Вёллинхел унаследует первый сын первой жены! Щенок этой…

Турле помедлил, но все же выплюнул в лицо Свальду:

– Щенок чужеземной рабыни! Ты тащишь её с собой… значит, она может понести! сли уже не понесла! А когда сын этой бабы подрастет, он получит Вёллинхел! Ты забыл наши обычаи? Со временем ты даже горсть серебра не сможешь оставить в наследство своим детям от других баб – если щенок, ставший первым наследником рода, не согласится с этим!

Свальд скривился, открыл было рот, что бы ответить, но тут ярл Огер быстро сказал:

– Я понимаю, сын, что эта Нида сумела тебе угодить. С мужиами такое бывает – вот понравится какая-то баба,и все тут. Поэтому мы не стали подсылать к ней мужиков, позорить её… просто дали возможность показать, какое у неё нутро. на и показала – хлипкое, гнилое. Жалость к врагам это предательство, выживший враг всегда ударит снова. Да ты и сам это знаешь. Оставь бабу в наложницах, там её место. Однако Вёллинхел не должен унаследовать щенок этой Ниды! Сама гнилая,и сын родит такого же!

– Значит, все из-за наследства?
– уронил Свальд.
– Но спасибо, что не стали позорить мою невесту перед свадьбой. Как-никак, вместе с ней опозорился бы и я…

– И мы, - хрипло заявил дед.
– Нет,такого мы не сделали бы, Свальд. Даже не сомневайся. Вот только все победы, одержанные тобой, ничто, если добыча от них достанется недостойному. Хороший наследник возвышает род. А плохой превращает в пыль то, что накопили отцы и деды! Он позорит их имя! И даже щенки самой Ниды проживут дольше, если главным в роду станет воин, знающий, как поступать с врагами. У неё дурная кровь, говорю тебе! Ведь не просто так она попала в рабство? Значит, её отец не был уда…

– Хватит! – рявкнул Свальд.

И ощутил, как приливает к лицу кровь. Сказал медленно, отрывисто:

– Я смотрю, у вас двоих и в мыслях нет, что внуков может не быть. Никаких, ни с кровью конунгов, ни с дурной! Мы идем в поход. И если со мной что-то случится, а она родит мальца – её сын будет последним из ярлов Сивербё!

– Наложницы рожают детей так же хорошо, как и жены, – угрюмо бросил отец. – Жениться для этого не oбязательно. Если что, я сам признаю её сына наследником. Только возьми себе ещё девку с кровью конунга, так будет надежней…

– Грид, что ли?
– недобро спросил Свальд, повышая голос.
– Да она уже валялась бы под мужиками из моего хирда, не дай я слова этому Ормульфу! Прошлой осенью у неё убили отца, брата, сестер скормили Ёрмунгарду – а она со мной разговаривала так, будто я в гости заехал!

– Кровь конунгов – это еще и умение выживать! – отрезал отец.
– Девка поступила правильно! Начни она мотать сопли на кулак,ты бы даже говорить с ней не стал, сразу полез бы под подол! А так выжила, девство сберегла… и завтра уплывет из Вёллинхела с твоими браслетами!

– Если не Нида,так не уплыла бы, – зло сказал Свальд.
– С такими бабами, как Грид, хорошо одно – всегда знаешь, как они поступят, когда тебя убьют. Попробуют договориться с твоим убийцей, что же ещё? Чтобы не пропало такое умение выживать. И кровь конунгов. Мужика можно завести другого, cына родить заново… главное, самой не пропасть!

– Можно подумать, твоя безрoдная девка… – начал было дед охрипшим голосом.

– Заткнись, – придушено уронил Свальд.

И ярл Турле замолчал.

– Я не знаю, что сделает Нида , если меня убьют, – тихо уронил Свальд. – Зато знаю, чего не сделает. Она не станет выторговывать у моего убийцы место наложницы. Разве нe ты, дед, учил меня, что опереться можно лишь на тех, кто способен упираться? Что больше всего в людях надо ценить смелость? Вот я и оценил. Только у безродной девки цена почему-то оказалась выше, чем у конунговой дочки Грид. Девка при первой встрече от меня отбрыкивалась. И не улыбалась, хотя её родичей я не трогал. А Гудремсдоттир, у которой мы убили отца и брата, сразу же начала со мной болтать…