Босс сидит за столом и пьёт кофе, просматривая утреннюю прессу.

Пройдя вглубь кабинета, присаживаюсь на стул напротив.

— Валерия, доброе утро! — довольно дружелюбно меня приветствует, отчего я немного расслабляюсь. Ровно до того момента, пока он не откладывает газету и не устремляет свой взор на меня. — Вы уже догадываетесь, почему я попросил вас прийти?

— Ну… — мямлю. Соберись тряпка! — отчасти. Саша попал в неприятности, я не уследила. Полагаю, поэтому.

— Что?

Что ж, по крайне мере мне удалось его удивить…

— Саша вам ничего не рассказал?

— Эмм…

— Я знаю, о вашей ситуации с Иваном Петровичем, — мягко произносит. — Мне жаль, что вам пришлось терпеть подобное, и прошу прощение за своего сотрудника. Это недопустимо, — он сводит брови к переносице, а в глазах отражается неподдельное сожаление.

Вот тут я впадаю в ступор.

Что, простите?

— Валерия, я знаю, что не могу просить вас о подобном, но все же мне придется.

О. Боже. Мой.

Меня сейчас уволят!

В предобморочном состоянии киваю головой, хотя глаза уже начинают пощипывать.

— Мы не можем прямо сейчас найти замену финансовому директору. Это ответственная должность, вы же понимаете.

Конечно, понимаю. Легче найти новую секретаршу.

— Кроме того, этот мерзавец угрожал написать заявление на Сашку! — негодующе выплевывает. — Поэтому я вынужден попросить вас об одолжении…

Вот тут мне и «сделают ручкой». Мысленно я уже собираю свои вещи, как Александр Александрович произносит:

— Мы не можем позволить разгореться такому скандалу в компании. Это ударит по репутации. Я пойму вас, если вы захотите об этом заявить во всеуслышание, но настоятельно прошу этого не делать. Вчера мы с Иваном Петровичем условились на том, что он отработает ещё неделю, а затем без всякого скандала и хорошими рекомендациями — покинет наш канал. Могу вас заверить, больше он к вам и пальцем не прикоснется! Это не должно выйти за пределы вчерашнего круга. Только при таких условиях он пообещал, что не станет писать заявление на Сашу. Если этот скандал, не приведи Господь, просочиться в прессу — Саше придется очень несладко. Да и вам покоя не дадут. Я готов выплатить вам компенсацию…

— Вы хотите меня купить? — хмурюсь.

— Нет! — поспешно выкрикивает. — Ни в коем случае! Я пытаюсь сгладить этот конфликт. Как отец, как человек и как бизнесмен, в конце концов. Если уж говорить совсем откровенно, то я готов был дать вам отпуск на эту неделю, но… Мой сын, — обреченно вздыхает, щипая свою переносицу. — Вы же знаете, какой он вспыльчивый. Мне не хочется, чтобы он натворил бед. И, согласитесь, искать нового секретаря за неделю до увольнения будет крайне странно. Слухи уже ползут. И самый лучший выход из сложившейся ситуации — это сделать вид, словно ничего не произошло. Понимаю, что прошу вас о многом, но это лучший вариант для нас всех.

Александр Александрович заканчивает говорить. Вид у него измотанный, словно он не спал всю ночь. Под глазами синяки, а на лбу, кажется, плюс одна морщина.

Весь разговор не укладывается в моей голове.

Не давать огласку? Да вы, блин, шутите? Я думала, что меня вообще попрут! Если честно, у меня и в мыслях никогда не было кому-либо рассказывать о своём начальнике. Да он негодяй и подлец, но это я проработала год. Хотя могла уйти. Возможно, в этом моя и ошибка. В моей нерешительности.

И, вот, теперь, я узнаю, что этого мерзавца уволят! Черт. Да мне даже не верится!

А Зайцев… Я и без просьб босса не позволила бы Сашке вмешаться в подобный скандал. Тем более сейчас когда он, похоже, попал в неприятности из-за меня.

— Александр Александрович, я все понимаю, — решительно отрезаю. — Я смогу проработать остаток недели. И за Сашей проследить.

— Вы не будете придавать этому огласку? — подозрительно переспрашивает.

— Нет, — пожимаю плечами.

Босс сканирует меня глазами, должно быть, в течении минуты. Затем с облегчением выдыхает и хрипло шепчет:

— Спасибо вам, Валерия.

— Я могу идти?

— Конечно.

Встав подхожу к двери, и уже почти открываю, как он вдруг заявляет:

— Все-таки премию вам выпишут.

А вот от этого глупо отказываться. Деньги лишними не бывают. Того гляди, и на билет накоплю.

— И, Валерия, можете не волноваться — должность сайдкика почти ваша. На следующей неделе будут пробы. Вам придёт на почту письмо с подробностями, а через две недели будем снимать пилотный выпуск.

Когда я иду обратно на свое рабочее место, то не могу скрыть ликующую ухмылку.