Лили Уотерс сказала что-то вроде «иди ко мне», пока Миа тасовала карты, и Эби, обойдя стул, залезла на колени прабабушки. Они начали новую партию, и буквально через пару минут Лили и Миа улыбались, когда Эби победно разложила перед старшей сестрой карты со словами «Твой ход!».

Миа неожиданно подняла глаза, глядя прямо на меня. Поймав мой взгляд, ее выражение тут же изменилось с веселого на дразнящее и соблазнительное. Это произвело на меня эффект. От одной ее улыбки у меня участилось дыхание, быстрее забилось сердце, и вся кровь устремилась в пах.

Еще одна ночь. Если я еще раз оттрахаю ее на полу, как вчера, то не продержусь до утра. Пол не самое удобное место, пусть даже на нем лежит ковровое покрытие, но оно не сравнится с нормальным матрасом. Но, если честно, дело не в комфорте. Мне просто приятно быть в обществе милой, счастливой и любящей друг друга семье. Я могу к этому привыкнуть. Черт, я уже к этому привык. И после того, как мой член побывал несколько раз в Миа, я чувствую, что мое место в этой семье.

Но это дерьмо собачье!

Именно поэтому, я не хочу проводить ночь с Миа в ее мягкой, удобной постели. Я не буду заставлять себя разрываться между желанием обнять и попытками просто лежать рядом, но не прикасаться. Нас тянет друг к другу. Прошлой ночью сладковатый цветочный аромат ее шампуня щекотал мне ноздри. Я слушал ее глубокое дыхание, чувствовал каждое движение и поворот. Проснувшись утром, я мог с легкостью прижать ее к себе. А она, открыв глаза, улыбнулась мне той же улыбкой, что улыбается сейчас.

— Ты хорошо сегодня спал? — спросил меня Кэмерон.

Я повернулся к нему, моргнув несколько раз.

— Я спал на полу, — признался я, не в настроении выслушивать предположения относительно наших с Миа отношений. — Но, на удивление, хорошо.

Кэмерон вскинул бровь, он сомневался, когда поднес к губам бутылку. Затем его взгляд переключился на что-то за моей спиной, и на лице появилась недовольная гримаса.

— Кэмерон, — раздался голос Фрэнка Уотерса у меня за спиной. — Нам нужны еще стулья. Ты не мог бы принести парочку из гаража?

— Я могу вначале допить пиво? — раздраженно сказал сын отцу.

— Принеси стулья, — спокойным тоном повторил Фрэнк, ставя свой стакан и тарелку с едой рядом с грилем, — а затем помоги накрыть на стол.

Брат Миа спрыгнул со стула и побрел в сторону гаража, засунув одну руку в карман, а другой сжимал горлышко бутылки.

Пацан. Его еще сложно назвать взрослым, хотя ему двадцать один, и он вот-вот закончит колледж, похоже, не понимает цену своих споров с отцом. А, может, понимает, но ему плевать, так как просто нравится дерзить отцу. Да, скорее всего второй вариант. Это семейная черта Уотерсов.

Я опустил ноги на землю, приготовившись пойти вместе с ним, но меня остановил голос Фрэнка.

— Джей, спасибо тебе за помощь.

Я замер и повернулся к нему. — Не за что, я всегда рад помочь.

— Да, ты, кажется, единственный из троих мог таскать тяжести. — Отец Миа посмотрел на меня косым взглядом, пока разжигал гриль. — Думаю, в этом мы с тобой похожи. Используем наши руки не только, чтобы перебирать бумажки и печатать на клавиатуре.

Ладно, кажется, мне придется остаться и вести беседу с Фрэнком Уотерсом. Который определенно несправедлив к сыну и зятю. Конечно, Логану приходилось часто прерываться и то, потому что он отвечал на звонки с работы. Сейчас он работает над довольно сложным и важным делом.

Что до Кэмерона… я полагаю, он просто устал от постоянных поручений отца. К тому же он очень веселый и любитель поболтать. Так что я был не против выполнить кое—какую его работу.

— Думаю, да, — ответил я Фрэнку, — но вам не подкупить меня, чтобы я занял их места.

— Я тебя услышал, — отец Миа положил несколько початков кукурузы на гриль, закрыл крышку и посмотрел прямо на меня. — Я, надеюсь, ты знаешь, что я уважаю все, что ты делаешь. Если своим поведением я заставил тебя думать иначе, то это потому, что мне нравится подкалывать людей.

Да, конечно. «Относись к людям так, как хочешь, чтобы они относились к тебе». Продолжая стоять с невозмутимым лицом, я сказал.

— Не переживайте. Мне все равно, даже если вы говорили серьезно.

— Рад за тебя, — и он установил кухонный таймер. Я следил за ним, гадая, почему он не воспользовался таймером на телефоне. Очевидно, он всегда так делал, а зачем менять то, что хорошо работает, верно?

Облокотившись на столешницу, он взял свой стакан, на треть наполненный янтарной жидкостью, бурбоном, кажется. Фрэнк пил только его.