— Здравствуй, Лесли, — произнес он.

Пленник молчал.

— Капитан «Городских псов» собственной персоной. Довольно известная личность. Хоть ты и попробовал всех провести. Почти удалось, я тебе скажу. Но вышло как вышло уж. Это я приказал схватить тебя. Правда, мои ребята немного перестарались, приковав тебя тут, но все-таки я оставлю пока все как есть. По крайней мере, до тех пор, пока ты не выслушаешь меня.

— Кто ты? — буркнул Лесли, буравя взглядом незнакомца, но уже понял, что выворачивать руки и пытать каленым железом его пока не собираются.

— Меня зовут Лайко, — не таясь ответил незнакомец, и Лесли понял, что тот назвался настоящим именем. — Я пригласил тебя для доверительного разговора столь необычным образом лишь по одной причине…

— Интересно, какой? — проворчал пленник.

— Тобой интересуются довольно влиятельные люди, и охоту ведут очень опытные гончие.

Капитан вздрогнул: «Значит, все-таки кардинал?»

— Тебе не уйти от них.

— Странно слышать это от того, кто приказал приковать меня к стене, — угрюмо сказал Лесли.

— Странно, но так я оказал тебе услугу, — Лайко усмехнулся и продолжил: — Начну с того, что в Алии сейчас довольно неспокойно. И это я еще приукрасил.

— Что же такого случилось за одну ночь? — язвительно, но заинтересованно спросил Лесли.

— За почти двое суток, — Лайко поежился от погребной прохлады, но остался сидеть, решив не ходить за плащом. — Ты оказался довольно крепок, и мои люди уже было подумали, что обычной дозы усып-травы маловато для такого бугая, потому дали двойную. И тебя свалило надолго.

Лесли молчал. Лайко пожевал губы и снова заговорил:

— Королева убита.

— К-как?! — неожиданно осипшим от волнения голосом произнес капитан.

— Убита единственным ударом кинжала. Говорят, тот пришелся прямо в сердце. Что творится на улицах, можешь лишь представить. Ищут преступника. Так что изловили бы и тебя, поскольку, как я понял, если сам Грюон посылает за кем-то своего лучшего убийцу, то этот кто-то вне закона. Если вне закона, по улице в военное время не пройти. Оттого даже самая глупая тать сейчас забилась в темную щель и боится нос из нее высунуть.

— К-как такое может быть? Убить королеву? Кто осмелился? — Лесли ошарашенно опустился на землю.

— Как такое могло произойти, никто не знает. По рассказам, убийца мог лишь пройти сквозь стену. А это, как ты понимаешь, едва ли возможно. Поначалу схватили даже Жиля Тулона, но отпустили быстро. Вызвали, однако, инквизицию для расследования бесовщины. Но это все пустое: убийцу им не найти.

— Зачем ты мне это все говоришь, раз уж я тут? Прикованный? Что тебе с этого? Рассказываешь, что знаешь, кто за мной гонится. И притом говоришь, что оказал услугу? Не проще ли было предупредить, раз уж ты рядишься добряком и спасителем?

— Я не ряжусь. И я не спаситель. Я почти наверняка знаю, кто убийца, но доказать не смогу, — Лайко снова усмехнулся, — а без доказательств идти против таких людей невозможно.

— Не понимаю, — прищурил глаза Лесли.

— Мне заплатили, чтобы я тебя схватил, — бросил Лайко, — и заплатили хорошо. Но дело не в деньгах. Когда тебя просит о чем-то Призрак, то это не просьба — это приказ.

— В стиле «Крыльев ворона», — пошутил гвардеец, но по серьезному лицу собеседника понял, что угадал.

— И я был одним из них, — желваки на лице Лайко вздулись, но тотчас разгладились, — и именно я вынужден был подставить Призрака, но тот выжил. И теперь он — брат Хэйл. И я не знаю, на что он способен теперь!

— В смысле? — шепотом спросил Лесли, пораженный откровенностью похитителя.

— Призрак был лучшим. Несколько раз его пытались лишить жизни самые разные люди. Подсылали к нему бойцов, отравителей, ведьм, но все без толку. Всех их Призрак легко устранял. И из ловушки, устроенной мной, он не мог выбраться, но выбрался. Он вернулся из Мертвого Королевства.

— Этого быть не может! — недоверчиво обронил пленник.

— Может. Я встречал людей, побывавших далеко за пределами Немолчания. Пока тела их были мертвы, душа шагала по тропинке иных Миров. И когда она возвращалась, то тело обретало всяческие таланты. Кто-то начинал слышать духов, кто-то — видеть в темноте, кто-то мог воспламенить предмет взглядом.

— Это одержимые, — отрезал Лесли, — если церковь уличит в подобном, то костра не избежать.

— Этот избежит. Он служит кардиналу. Ты еще об этом помнишь? И я скажу тебе больше: именно эта мразь, Призрак, убил королеву. Но он всего лишь бойцовский пес. Науськал его хозяин.