– Да.

***

(Алиса)

Я стояла в маленькой душевой комнате нашего хостела. Здесь было душно и воняло плохо стираными вещами соседей. Где-то по закуткам бегали тараканы, но я их не боялась. Я вообще не боялась всей этой ползущей дряни. Детдом быстро отучил визжать, как кисейная барышня всякий раз, когда где-то появлялся таракан или клоп. Конечно, было неприятно наблюдать эту мерзость, но страх отсутствовал.

Уперев руки в края умывальника, я смотрела в треснутое и давно немытое зеркало. Перед собой я видела девушку, самую обычную и ничем не примечательную девушку, лишь с одним исключением – разноцветными глазами и той затаившейся усталостью, что так отчетливо читалась во взгляде.

Многие почему-то боятся смотреть мне прямо в глаза, будто опасаются, что я их прокляну. Помню, у нас в детдоме была одна тупая училка, которая свято верила в бога, да и вообще была помешена на религии. Ее звали Стелла Георгиевна, имя этой суки я никогда в жизни не забуду. Тощая, практически высохшая мумия с большими на выкате глазами и тонкими губами. Голос у нее еще был такой шипящий, неприятный.

Она меня возненавидела с первых дней. Не знаю, почему, просто я ей не понравилась и всё. Сначала она лупила меня линейкой по пальцам за то, что я писала левой рукой. Била так, что пальцы просто распухали и напоминали сосиски. Потом отеки долго сходили, и это было мучительно, вилку взять было невозможно, да и в туалете трусы едва-едва могла снять. Даже сейчас, если присмотреться к тыльной стороне моих ладоней, можно увидеть тонкие почти незаметные шрамы.

Стелла Георгиевна вечно говорила мне, что моей левой рукой управляет нечистый. Совсем баба с ума сошла. Позже, когда ей видимо, надоело лупить мои руки, она начала говорить о моих глазах. По ее мнению, меня сатана наделили этим ведьмовским взглядом и моя душа пропащая с самого рождения. Короче, нормально она так мою психику поимела. Потом я узнала, что она просто состоит в какой-то секте, которая к обычной религии не имеет никакого отношения.

Когда из года в год тебе буквально вдалбливают в голову, что ты уродка ненормальная, непроизвольно начинаешь верить. Я стыдилась своей этой особенности с глазами, а уже позже, когда сбежала, как-то перестала заморачиваться по этому поводу, да и времени не было.

А вот сейчас, я почему-то снова смотрела на себя так, словно бы видела впервые. Еще раз, умывшись холодной водой, я быстро завязала свои каштановые волосы в высокий тугой хвост и протерла глаза. В конце концов, их различный цвет не самая большая проблема, с которой мне уже приходилось сталкиваться.

Не хотелось никуда идти. Я так намерзлась сегодня, что, кажется, начинаю заболевать. Только этого мне для полного счастья и не хватало. Но Петя был таким воодушевлённым нашим будущим походом в ресторан, что мне было как-то неловко портить настроение друга. Сегодня был его день, к тому же случай подкинул нам немного «свободных» денег.

Мы и так себе никогда ничего лишнего не позволяли и возможность набить свои желудки до отвала, чертовски соблазняла меня. Поэтому, я сдалась и уступила Пете этот день. Поправив штанины своих джинсов, я надела черную водолазку, а поверх куртку. Все эти вещи я по дешевке купила в секонд-хенде, немножко поношенные, но чистые. Если честно, даже имея возможность покупать себе дорогие шмотки, я бы всё равно ходила по секондам. Не вижу смысла тратить огромные бабки на какие-то тупые тряпки.

Застегнув молнию на куртке, я быстро вышла из душевой, направившись к друзьям, которые уже ждали меня на кухне.

На улице заметно похолодало, пока мы втроем шли к трамвайной остановке. Петя закутался в свой новый шарф, и вдохновленно рассуждал о том, какие изыски мы сегодня попробуем. Я пыталась перенять настроение друга, но что-то никак не получалось. Всё это было крайне глупой идеей, нечего таким оборванцам, как мы, шастать по ресторанам. Лучше бы просто купили пива, еды всякой и засели на кухне, так было бы экономней. Но, похоже, Леся тоже заразилась духом авантюризма, и я осталась в меньшинстве. В конце концов, это Петя нашел деньги, и я не могла ими распоряжаться, ведь друг всё же кое-что отдал в общак. Всё справедливо.

Проехав четыре остановки в битком забитом вагоне трамвая, мы буквально вывалились на улицу. Какая-то противная бабка еще хорошенько там пнула меня, и я чуть не упала на колени, хорошо, что Леся вовремя поддержала.

– Дура старая, - злобно пробормотала я, провожая удаляющийся трамвай хмурым взглядом.

– Да уж, за свободную сидушку готовы глотки друг другу перегрызть, - с сочувствием произнесла Леся.

– Ну, чего стоим? – Петя взял нас за руки и повел через дорогу к ресторану.

Двухэтажное здание, сделанное из металла и черного стекла, красиво искрящегося в свете уличных фонарей, выглядело устрашающе-симпатичным. Над входом светились большие буквы, складываясь в название ресторана – «Корвин». У меня по спине то ли от холода, то ли от страха прошлись мурашки. Я непроизвольно попятилась назад.

– Алиса, что с тобой? – Петя растерянно посмотрел на меня. – Тебе плохо?

– Нет, просто… Может, пойдем в другое место? Какой-нибудь крутой клуб?

– Алис, очнись. В крутой клуб нас вышибалы не пустят, не доросли еще до двадцати одного, - Петя хохотнул. – Ну, ты как маленькая, честное слово! У нас есть деньги, и мы можем хоть раз в жизни завалиться в приличный ресторан?