— Госпожа Майяри, если вам не нравится этот дом, то увы, но вам придётся привыкнуть, — Ранхаш тяжело взглянул на неё, показывая, что уступать он не собирается. — В данный момент это самое надёжное место в городе…

— …в котором вы не имеете права меня удерживать, — бесстрастно закончила за него Майяри. — Я чиста перед законом. Свою непричастность к ограблению я доказать не могу, но и вы не можете доказать мою причастность. Значит, моё насильственное удержание — уже нарушение законов. Доказуемое нарушение.

Ранхаш медленно втянул воздух и прищурился. Шидай, не скрываясь, широко ухмылялся, а Дагрен сосредоточенно хмурил брови, силясь сдержать улыбку.

— Но я готова смириться и с этим, — покладисто заявила Майяри. — Отчасти. Я, видите ли, разделяю мнение мастера Дагрена и считаю, что преступникам на территории школы делать нечего. И даже готова рискнуть собой и опять отправиться учиться.

Майяри не стала говорить о своих друзьях, преподавателях, которые жили с невидимым злоумышленником бок о бок. Но несказанные слова повисли в воздухе между ней и хареном. И он наверняка их услышал.

— Госпожа Майяри, рядом с вами сейчас опасно находиться, — напомнил Ранхаш.

— И тем не менее вы притащили меня в город, — в свою очередь напомнила Майяри. — Господин Дагрен уверяет, что сможет организовать защиту. Вы же сами говорили мне, что пора прекратить бегать и начать решать проблемы. Ваши слова, — глаза её сузились, — сильно меня задели и заставили задуматься.

— Мне это не нравится, — недовольно протянул Шидай.

— Я не позволю, — категорично заявил харен.

— Тогда никакого сотрудничества, — мягко, почти нежно улыбнулась девушка. — Я уже доставила вам много проблем и могу доставить ещё больше. Я очень талантливая. Более вы не услышите от меня ни слова о той ночи. Более того, при первой же возможности я попытаюсь вернуться к прежней манере решения проблем. Да, вы отобрали у меня, как выразился господин Шидай, «игрушки», посадили под домашний арест, но вы думаете, что я первый раз оказываюсь в подобной ситуации? — Майяри весело приподняла брови.

— Ах да, — спокойно протянул Ранхаш. — Семьдесят семь побегов. Удачный, правда, один.

— Семьдесят девять, — поправила его Майяри, — но удачный всё ещё только один, и я жажду это исправить. Господин Ранхаш, вы хотите заниматься расследованием или моим укрощением? Если расследованием, то примите мои условия. Они для вас выгодны. И для меня тоже. Чем быстрее мы разберёмся с этим делом, тем скорее расстанемся. В противном случае, господин, я гарантирую, что доставлю много проблем. Терять-то мне уже почти нечего.

Воцарилось тяжелое молчание. Дагрен с искренним интересом, словно бы видел девушку первый раз, смотрел на решительно выпрямленную фигурку и украдкой бросал взгляды на внешне спокойного харена. Шидай, сложив руки на груди, давил Майяри тяжёлым взглядом. Он-то думал, что та будет добиваться свободы передвижения. В замаскированном виде ходить можно куда угодно. Но соваться в столь очевидное место, как школа, да ещё и в роли самой себя…

Ранхаш на самом деле был спокоен. Упрямство девушки ему не очень понравилось, но в её предложении было много плюсов. И один существенный минус: если она окажется в руках преступников, то может разразиться катастрофа. Но у него тоже есть весомое преимущество: он предполагает, кто может быть врагом.

— Хорошо, госпожа шантажистка, — сдался он.

Глаза Майяри вспыхнули, и она воспряла духом.

— Но в остальном вы будете слушаться меня, — жестко заявил харен.

— Я постараюсь, но при условии, что меня будут держать в курсе происходящего, — пропела девушка.

— Непременно, — не моргнув глазом сорвал оборотень. — Только вам предварительно нужно добиться разрешения на возвращение в школу у кое-кого ещё.

— Что? — непонимающе нахмурилась Майяри.

Ранхаш посмотрел в сторону, и девушка, проследив за его взглядом, вздрогнула, увидев улыбающееся лицо Шидая.

— Моя прелесть, — сладко-сладко пропел лекарь, — пока ты на моём попечении, обучение в школе магии тебе не светит. Раньше чем через три недели ты туда не вернешься. Только если я сдохну до этого момента. Но я не советую торопить меня покинуть этот мир. Харен не оценит.

Майяри растерянно посмотрела на Ранхаша, но тот не поспешил ей на выручку.

— Ничем не могу помочь, — холодно заявил он и придвинул к себе стопку с письмами. — Все могут быть свободны.

— Уже? — расстроился Дагрен. — Я только хотел поинтересоваться, как юная госпожа умудрилась пройти через школьные ворота мимо стражи, не используя маскирующие чары. И я ещё изучил кристаллы, что попали к нам в руки, и у меня множество вопросов.

— А ты спроси, харену тоже будет интересно, — подтолкнул его Шидай.

Майяри с опаской осмотрела загоревшихся энтузиазмом оборотней и бросила непонимающий взгляд в сторону господина Ранхаша. Здесь же харен! Почему они ведут себя так вольно в его присутствии? Где уважение к его высокому положению? Ладно господин Шидай, с его манерами она почти свыклась, но мастер Дагрен?! Ещё и харен делал вид, будто бы их и вовсе нет в кабинете. Начисто игнорировал.

— Давай, Майяри, делись секретами, — Шидай придвинулся к ней ближе. — Не отпустим, пока не расскажешь.