Слежу за его стремительно удаляющейся высокой стройной фигурой, а на душе тревожно.

— Это твой друг?

— Да, — улыбается, заправляя прядь рыжих волос за ухо. — Фил — хороший парень. Художник, мастер аэрографии, механик от бога.

— Понятно...

— Ты испугалась, что ли? — спрашивает Роджер, когда Филин скрывается за поворотом. — Не надо, тебе нечего бояться.

— Вообще-то, мог бы и предупредить... — сердито бурчу, потому что всё-таки немного зла на него за такие сюрпризы. — Я ж не готова совсем... Так же неправильно.

— К чему там быть готовым? — удивляется и перекидывает мою косу на левое плечо. — Просто посидим в тесном кругу, моих парней узнаешь получше. Они хорошие ребята, поверь, хоть и придурки.

— Ладно, уговорил, — кидаю на него сердитый взгляд, а Роджер смеётся. — Но я одета... обычно ведь. Там, наверное, все девушки как модели. Я на гонках видела, красивые такие.

Сжимаю в руках низ ветровки, комкаю его, чтобы не видел, как руки мои дрожат.

— Кажется, ты не туда смотрела, — усмехается и целует меня в макушку. — Те девушка, на гонках которые, это... ну как тебе объяснить? Для траха они, в общем, нужны. Понимаешь меня? Они именно для этого туда и приезжают.

Открываю рот, чтобы хоть что-то сказать, но слова застревают в горле. Такая обезоруживающая честность, шокирующая... В голове сразу мелькают картинки, как Роджер, в перерывах между чужими заездами, спит с очередной из таких вот... девушек для траха... Ой, что-то мне снова нехорошо.

— Посмотри на меня! — требует, беря пальцами за подбородок и резко приподнимая моё лицо.

— Смотрю.

— Я сейчас скажу тебе кое-что, и второй раз повторять не буду. Потому, Ева, постарайся меня понять, только очень постарайся.

— Попробую.

— Усвой для себя раз и навсегда: пока ты со мной, тебя никто никогда не обидит. Это, во-первых.

— А, во-вторых?

— Во-вторых, когда кто-то из парней вроде меня и моих друзей находит ту, что становится для него чем-то большим, чем одноразовая любовница, то это меняет абсолютно всё. Ты меня слышишь? Молчи и просто кивай. — Выполняю его просьбу, а Роджер продолжает: — Потому, когда ты узнаешь моих парней чуть лучше, вопросы отпадут сами собой. В общем, не выделывайся и пойдём со мной, а то отнесу. Всё равно ведь не вырвешься.

Я почти ничего не поняла из его пламенной речи, потому снова киваю. Предлагает посмотреть на его парней внимательнее? Ну что ж, будет сделано, мой генерал!

Беру её за руку, стараясь не сильно давить на порезанные ладошки, и веду к дому Брэйна. Ева смотрит строго вперёд, а на лице упорная решимость. Хороший настрой, похвальный. Главное, чтобы не растеряла по дороге.

— Расслабься, — прошу, а она слабо улыбается. — Ничего там с тобой не сделают. Страшного во всяком случае.

— Всё хорошо, — говорит, но на меня не смотрит.

— Трусиха.

— Ничего подобного! — упрямо вскидывает подбородок и хмурит брови. — Я не трусиха.

Чем ближе подходим к дому, тем отчётливее слышатся голоса и громкий смех. Ева дёргается, но удерживаю её на месте. А то ведь побежит, чувствую это.

Толкаю рукой дверь, и присутствующие в домике разом замолкают. Даже музыка будто бы тише становится, хотя никто громкость не убавлял. Секунда, и гомон возобновляется, звон посуды и шум увлечённых разговоров уплотняют воздух.

— Роджер приехал, — говорит Птичка, девушка Филина, возникая в дверях. Она что-то активно помешивает в большой серебристой миске, прижатой к боку. Кидает заинтересованный взгляд на Еву и слегка улыбается. — Добрый день.

Ева кивает в ответ и отвечает робкой улыбкой. Чувствую, что слегка расслабилась. Наверное, внешний вид Птички, простая белая футболка и чёрные джинсы не дают причислить ту к сонму размалёванных и разодетых девиц, что вьются около трека.

Ева осматривается по сторонам, видит разрисованные рукой Брэйна стены и удивлённо охает, заметив изображение огромного огненно-красного дракона.

— Красота какая… — выдыхает, а я снова ощущаю приступ гордости за Брэйна и его талант. Чёрт, словно имею к этому хоть какое-то отношение, но ведь именно мы с Викингом когда-то уговорили его не бросать живопись, значит имеем право на почти отеческие чувства.

— Ева, пойдём, — говорю, мягко подталкивая её в спину, а то ведь так до утра на порожке простоит, любуясь шедеврами живописи. — Потом посмотришь, никуда дракон от тебя не денется.

Помогаю снять с себя ветровку, вешаю вместе со своей курткой на крючок, а Ева решительно кивает и делает шаг в комнату, где уже находятся Птичка с Полиной — женой Брэйна, — занятые каким-то, только им понятным, делом. Хозяин дома и Филин сидят за столом в дальнем углу просторной комнаты и, по всей видимости, рассматривают очередные эскизы для тату на планшете. В углу стоит аудиосистема, из колонок которой льются звуки тяжёлой мелодии, от которой чуть вибрирует пол под ногами.