— Стой! — наконец сообразила я. — Это почему «тоже похоронила заживо»? Хочешь сказать, что монархи живы? Но откуда? Как?

Мужчина сделал шаг вперед и внимательно осмотрел местность. Убедившись, что никого поблизости нет, кивнул пони, развернулся и направился к входу в одну из башен:

— Только молчи, ради Богини! — Это страж сказал уже мне. Врожденная вредность требовала начать вопить и требовать спасти меня из рук насильника, но здравый смысл подсказал прислушаться к новому знакомому. В крайнем случае, лучше уж погибнуть от рук стража быстро, чем стать марионеткой в чужих руках.

Фамильяр послушно проследовал к открывшейся двери и остановился, ожидая приглашения войти, а может быть, ожидая, что я слезу и пойду сама. Но слезать я ни в коем случае не собиралась: нога до такой степени болела, что я уже не чувствовала пальцев.

— Кого там принесло?! — возмутился кто-то из башни, наверное, главный дозорный.

— Служанка королевская, сбежала от Ее Высочества ко мне, пообжиматься-помиловаться — сам знаешь, дело молодое, — хрипловатым голосом заявил страж в плаще. В ответ на его объяснение раздался скрипучий смех откуда-то сверху.

— Что ж ты за мужик, раз и с обожженной рожей тебя бабы любят? — удивился главный, но примирительно сказал: — Ладно, даю вам десять минут, но с тебя потом секретик.

— Договорились, Хареон. Старый ты плут!

Удовлетворенно выдохнув, страж вошел внутрь. За ним вошел и Баян и я на его спине.

А вот в невысокую дверь под крутой лестницей пони идти наотрез отказался. Поэтому, когда страж проследовал туда, мне пришлось спешиться и ковылять самой. Искры из глаз так и сыпались от боли, а уж как жалко было саму себя! Впрочем, я знала, что даже если умудрилась сломать ногу, все равно за несколько дней моя магия срастит перелом, так что мужественно взяла себя в руки.

Когда мы с незнакомцем оказались наедине в маленькой каморке, в которой только и помещались тюфяк для сна да небольшая тумбочка, мужчина плотно закрыл дверь и зажег лучину. Не вовремя проснулось мое чувство самосохранения. М-да, вот где оно раньше было, как говорится?

— Давай уже выкладывай, что тебе известно, — нетерпеливо попросила я, старательно пряча дрожащие ладони за спину. Кто его знает, почему я так легко пошла… — И представься уже, наконец: некрасиво вот так общаться.

— Что, не признала, жена? — хрипло рассмеялся страж и откинул капюшон. Я вытаращилась в недоумении: «Жена»?! Что за бред?! Под капюшоном у мужчины оказалась забинтованная голова, которую он принялся спешно освобождать от плотной повязки. С каждым новым витком бинта я раскрывала глаза все шире и шире, а под конец у меня отвисла челюсть, я расплакалась и бросилась стражу на грудь. Потому что под бинтами страж оказался… моим мужем.

— Сволочь ты! — промычала я, старательно обливая слезами радости грудь супруга и крепко обнимая его. — Как ты мог?! Да я чуть с ума не сошла! Ты хоть представляешь, каково было мне?!

Сиэль молчал, обнимая в ответ одной рукой и поглаживая мои волосы второй, давая выговориться, прежде чем что-либо рассказать.

— Да я чуть не умерла от тоски, гад ты чешуйчатый! — сетовала я.

Когда, наконец, первые слезы утихли, любопытство взяло свое, я внимательно посмотрела в драконьи глаза и потребовала:

— Ну, что ты молчишь? Скажи уже хоть что-то! Или поцелуй, в конце-то концов.

Сиэль грустно улыбнулся и вздохнул:

— Дорогая моя женушка, прости, я и подумать не мог, что ты действительно меня любишь.

Я оскорбленно нахмурилась и ударила его в грудь ладошкой:

— Да как ты смеешь, демонов дракон?! Да я тебе такое устрою!

— Согласен на все, — миролюбиво подмигнул мой герцог и, наконец, поведал причины своего поступка.

Было все просто до банальностей: Арий подозревал брата в измене и намеревался получить доказательства. Но доказательства никак не обнаруживались, потому что мой дражайший папенька был прямо-таки примерным братом.

А началось все несколько сотен лет назад, когда король впервые собирался жениться, а его беременная невеста вдруг скончалась перед самой церемонией, сгорев за ночь в магической горячке. Да-да, для королей всегда делали поблажки, даже в таких щепетильных вопросах, как постель. Тогда смерть списали на болезнь, но она оказалась далеко не последней. Годы шли, вскоре король снова влюбился, однако и следующая его невеста погибла. И следующая, и идущая за ней. Почти сто лет король терял любимых женщин — кого-то из-за болезни, кого-то из-за несчастного случая. Но государству был необходим наследник, поэтому Арий пытался снова и снова. И едва очередная невеста доказывала, что способна зачать королевское дитя, что королевская магия принимает ее, как тут же объявлялась дата свадьбы. И все равно все как одна погибали. Королевским служителям пришлось потратить немало усилий, чтобы страшное проклятие рода Беруар, как его окрестили, не просочилось в народ. На счастье, у принца Шалия, его брата, второй брак оказался удачным, и родилась Робертина, у которой в отличие от отца был вполне неплохой магический потенциал, то есть она полностью подходила под нормы правящего монарха. Арий с радостью признал племянницу наследницей и прекратил череду смертей своих невест, отказавшись женитсья. Ее вырастили обласканной и выхоленной, словно самое дорогое сокровище.

— Я так и не поняла, — возмутилась я, — ну а при чем тут я?

— Мы с Арием практически уверены, что это Шалий травил всех этих бедных девушек, — невесело улыбнулся Сиэль и заботливо заправил мне за ухо выбившуюся прядку. — Потому что, пусть об этом не говорилось вслух, но вскоре после рождения Робертины король сделал последнюю попытку завести собственного наследника. После многократных неудач девушку вернули с компенсацией родителям, а королевский лекарь признал Ария бесплодным. Забавное совпадение? А значит, племянница оказалась единственной его наследницей.