— Довольно, не смейте даже думать о таком! — не выдержала я и прекратила обсуждение подружек. Сплетницы от удивления и шока взвизгнули и не нашли ничего приличнее, чем попросту броситься врассыпную.

Но они меня теперь мало интересовали: я была зла. Нет, дядя — прекрасный мужчина, отличный правитель, но Офелия вполне заслуживала расти при отце и матери, а не при супруге-короле, который вряд ли будет хранить ей верность вплоть до совершеннолетия. А потом и выбрать себе жениха. Из предоставляемых родителями, но все же выбрать.

Подобрав юбки, я решительно отправилась на поиски Ария, чтобы тотчас все ему высказать. В данный момент вопрос благополучия маленькой принцессы меня интересовал даже больше, чем вопрос королевской помощи моему супругу. Не иначе как материнский инстинкт во мне взыграл? Никогда не замечала в себе подобного, и новые ощущения ответственности и заботы о другом маленьком человеке опутывали меня. Наверное, это из-за нашего тесного с Офелией общения.

Я фурией пронеслась через половину тронного зала, и тут заиграла торжественная музыка, во время которой король Арий поднялся по лестнице на возвышение у трона и остановился. Он окинул взглядом всех присутствующих; голоса тут же стихли, люди подобрались. Он дяди исходила такая уверенность и мощь, что я застыла, не в силах сдвинуться, лишь злилась втихаря и пристально смотрела на него. А потом Арий послал долгий укоризненный взгляд прямо мне в глаза, покачал головой и усмехнулся. Так легко и беззаботно, словно насмехался над глупым ребенком, считающим, что можно есть одни лишь конфеты и мучащимся потом от боли в животе. Настроение дяди передалось мне. Может, и он энкант? Откуда такая легкость и спокойствие? Или это мои "профессиональные" способности четко улавливать чужие эмоции и мотивы? Словом, то липкое и неприятное ощущение, что внутри вот-вот что-то взорвется от негодования, вдруг исчезло.

Арий, отметив что я больше не посылаю ему испепеляющих взглядов, снова улыбнулся и заговорил:

— Благодарю вас, мои подданные, семья и друзья, — говоря "семья" дядя послал нервный взгляд чуть левее меня. Любопытно скосив глаза, я увидела принца Шалия, ласково улыбающегося брату. — Что прибыли по первому зову. Хочу разделить с вами радостную новость: сегодня ночью Богиня одарила Мерсию благословением и позволила наконец ее монарху сочетаться законным браком. Сегодня же я разделю с супругой и корону.

Толпа предвкушающе зашепталась: столько удивительных событий, одно краше другого! Каждый из присутствующих хотел поделиться с соседом мнением и обсудить происшедшее. Но любопытство взяло свое: голоса вновь стихли, присутствующие внимательно следили за каждым движением Ария. Все ждали объявления имени королевы и желали хоть одним глазком посмотреть коронацию. Еще бы, ведь традиционно в Мерсии монархи жен не короновали, оттого и было любопытно, кого же выбрал король.

И тут меня как громом ударило! Только сейчас я сообразила, что не мог Арий жениться на малышке Офелии. Никак! Потому что собирался сегодня же короновать супругу. А исходя из известного мне толстенного талмуда, короновались в нашем государстве исключительно совершеннолетние. Не ожидала от себя, но обрадовалась наличию этой старой бесполезной книжицы. Для детей и подростков исключалась возможность становиться королевами. Фантастика! Выходит, что королева вполне себе взрослая. Иначе с чего было объявлять о коронации?

— Что я пропустил? — ткнулся мне в бок Баян. Шалий выразительно скосил на фамильяра злые глаза и показательно зашипел, призывая к тишине. Я тоже приложила палец к губам и взглядом указала на выжидающего Ария.

— Прошу любить, уважать, почитать и оберегать! — раздался раскатистый баритон короля. Малышка Офелия счастливо завизжала, словно праздновала победу, а ее нянюшка вздохнула и тихонько направилась к королю. Медленно поднялась по лесенке и встала по левую руку от монарха. Не может быть! У меня отвисла челюсть, а глаза грозили вылезти из орбит. И не только у меня. Слаженно ахнула толпа, несколько особенно впечатлительных девиц упали в обморок, а пожилые лэры и лэри потянулись к карманам за сердечными каплями. Даже Баян был оглушен, недаром наступил на ногу Шалию, отчего принц снова зашипел. Сдалось мне, счастья в его глазах было мало. Вот только почему?

Арий прокашлялся и представил супругу:

— Грэтхильда Аранская, ныне Грэтхильда Беруар, моя законная супруга и любимая женщина.

Радостные известия ярким калейдоскопом пронеслись вокруг меня, закружили в танце удивительных, небывалых событий.

Я до последнего не верила, что король действительно мог жениться на простой нянюшке, и очень зря не верила. Таких счастливых влюбленных я не видела никогда. Казалось, мощная Грэтта была для не менее мощного Ария хрупкой вазой, о которой королю хотелось заботиться. Почему-то я была уверена, что королевские фаворитки сегодня будут не столько праздновать свадьбу монарха, сколько заливать свое горе от потери любовника и его подарков литрами восхитительного игристого вина. И поделом: знали, на что шли!

Сразу после объявления Грэтты королевой Арий бережно взял ее за руку и провел от королевского дворца до самой Святой Обители, величайшей резиденции Богини во всей Мерсии. Ход короля оказался удивительно продуман и точен: простой люд высыпал на улицу и вживую наблюдал за королевской колонной. Мой хитрый дядюшка пошел против законов и традиций, но получил признание народа. Ведь отныне собственным примером он поощрил тысячи неравных браков, что ранее никак не могли состояться. Множество несчастных влюбленных отныне получили приличные шансы на счастье.

Готова поспорить, если ранее династию Беруар за глаза называли «узурпаторы», а Ария никак не величали мягче чем «сын узурпатора», то теперь все изменится.

До Святой Обители мы добрались за час, но внутрь вошли лишь самые близкие. Баян долго возмущался, когда его попросили подождать снаружи, но все же подчинился.

Сама же коронация оказалась довольно простой: один из епископов благословил еще раз брак, расцеловал королевские руки и возложил Грэтхильде на голову небольшой венец, выполненный из смеси драгоценных металлов и украшенный самоцветными камнями. Арий произнес слова клятвы, магически разделяя свою власть с бывшей нянюшкой, а молодая королева, в свою очередь, принесла клятву верности королю, Мерсии и Богине.