Пока я пребывала в ужасе от нарисовавшихся перспектив, местная пернатая богиня дошла до границы. Преодолела ее, ступив на, пружинящий от каждого шага, пол. Коридор словно не заметил ее. А красные капельки отталкивались от воздуха в пяти сантиметрах от кожи.

Интересная штучка. Интересно, насколько ее хватит?

Мы медленно пробирались ближе к центру. И много позже я начала замечать, что расстояние между кожей и шариками постепенно уменьшается.

Гаргиппия медленно, маленькими шажками, пробиралась вглубь чудовища из центральной комнаты. Она была совершенно спокойна и собрана. Тем более действие омнисовской штуковины подходило к концу. Явственно ощущалось жжение на коже там, где пролетали шарики с пищеварительным соком.

Я же в это время пребывала в ужасе от осознания, что ощущаю, как мы крадемся по пищеводу к желудку. Медленно и неумолимо. Радовало, что еще не успели пережевать. И надеюсь, это произойдет не скоро.

Мы преодолели очередной поворот и остановились. В центре коридора формировался большой шар. К счастью, медленно. Но среди сгустков, стремящихся попасть внутрь новообразования, практически не было видно ни просвета.

Хозяйка Лабиринта процедила сквозь зубы:

— Как же не вовремя…

Вздохнула.

"И что будем делать?" Вопросила я, не надеясь, что меня услышат. Она очень часто делает вид, словно не слышит меня.

— Пока разработка Омниса еще действует, будем пробовать просочиться в те промежутки. — Она указала в угол между полом и шаром, откуда по каким-то причинам не собиралась жидкость.

"Надеюсь, ты полностью уверена в этой затее." Мысленно пробормотала, с ужасом взирая на открывающуюся, отсюда картину.

— Не уверена, — процедила Гаргиппия. — Но лучше рискнуть сейчас, чем потом потерять все.

Я вздохнула, почему-то успокаиваясь. Ей есть что терять. А у меня впереди только перспектива застрять здесь на три года.

Чего мне точно не хотелось, так это умереть здесь. Быть растворенной в питательный супчик, который отправится прямикоми в мягкие ткани, которые окружали нас.

Тело подобралось ближе к сфере, припало к полу, и медленно поползло в свободный промежуток. С отвращением отмечала, как пружинит под руками ворсистая поверхность. Как скользят ладони по слизи, которая сочилась из мелких отверстий. Все это пульсировало и мелко подрагивало. С тчрудом подавила рвотный позыв.

Чудом не задев ничего, встала уже на другой стороне. Немного почистила одежду, смахивая налипшую слизь. И осмотрелась. Шар полностью сформировался и улетел туда, откуда мы только что пришли. Перед нами предстало продолжение коридора, которое не сильно радовало глаз. Здесь придется тоже протискиваться как получится, а действие штуковины Омниса почти сошло на нет. Мелкие шарики уже подлетали на расстояние нескольких миллиметров и зависали. Я была буквально облеплена этими маленькими сферами. Пока, к счастью, они не могли мне ничего сделать.

Перед нами предстал еще один шар, который почти завершил сбор пищеварительного сока и готовился вылететь.

Гаргиппия замерла.

Сбросив оцепенение, шагнула вперед, припала к полу и повторила предыдущий маневр. Хоть сфера и занимала почти все пространство, но у нас получилось пробраться без потерь. Дальше было свободно.

Мы медленно проходили коридор за коридором. Действие чудо-машинки завершилось и мелкие капли садились на кожу и растворяли ее. Тут же за дело бралась регененрация. Глубокая ранка мгновенно затягивалась. Мое сознание сразу затопила боль от множества точечных импульсов.

А Гаргиппия в это время спокойно пробиралась дальше.

Боюсь представить, сколько усилий она прикладывала, чтобы поддерживать тело в вертикальном положении. И вести его дальше. Мне же хотелось свернуться на полу и переждать, когда все пройдет.

Несколько раз у меня получалось перехватить контроль над своей оболочкой. Но каждый раз не вовремя. И снова была вытеснена обратно в темноту, откуда наблюдала за дальнейшими действиями. Старалась больше не влезать.

Так продолжалось еще три поворота. На четвертом я случайно влезла, осознав, что пробраться дальше не представляется возможности. Хозяйка Лабиринта тут же нарычала на меня, задвинув подальше и дав понять, что она сама все тут сделает.

Перед нами предстала красная стена. Такая же, как и та, перекрывшая мне путь к отступлению, в прошлый раз. И мне прекрасно известно, что там все буквально бурлит жидкостью, готовой переварить все.

Мы долго стояли в тишине, неотрывно смотря на пульсирующую преграду, когда Гаргиппия все-таки неуверенно прошептала:

— Мне все равно придется идти туда…

Словна убеждала саму себя.

Я мысленно хмыкнула. Она была в том коридоре, в теле крысы, и видела все. Я помню ее крик. Когда гарпий убегал оттуда, унося меня.