Шрифт:
– Шлюхой! – хором говорили мы.
– Правильно, шлюхой! – одобрительно хлопал в ладоши Серж.
– Так это что значит и деньги с мужа брать можно? – спрашивала Марина, на вид ей около тридцати, но как оказалось она моя ровесница.
– Если хочешь, можешь и деньги потребовать – иногда. Часто не советую.
– Тогда он точно скажет, что я… проститутка.
– Он скажет – что ты лучшая шлюха в городе! Это самый большой комплимент. Потому что это значит, что ты превосходишь всех, всех кого он, когда-либо знал и имел до тебя и будет иметь после. Ты здесь, чтобы стать лучшей! Чтобы он даже не посмел думать о ком-то другом. Понимаешь?
– Да, – радостно кивала Марина, и её круглое лицо расплывалась в улыбке.
И тогда все видели её маленькие зубки.
Мы все тоже улыбались, потому что уже некоторое время знали, что мы – лучшие.
Пока я не применяла на практике науку, которой учил нас Серж, а так хотелось всё это применить. Но Серж говорил:
– Ваше преображение должно быть полным. Если вы останетесь теми, кто есть значит, мы сейчас работаем зря!
На последние занятия был запланирован стилист, визажист и поход в магазин одежды, где нас должны были на паре примеров научить одеваться подобающе своей сексуальности, но так, чтобы не было вульгарно.
Я правда, не совсем понимала, как это подобающе, но на ум то и дело приходила эта развратница секретарша, хоть вроде бы она и не была одета развратно. Точно помню, что не раз потом думала о черной юбке и таких красных шпильках лодочках, как у неё.
Ах, если бы я умела всё это носить. Было бы не плохо. Но я даже не представляла, как буду чувствовать себя в таком наряде.
И вот, наконец настало время, когда меня просто заставили всё это надеть. Признаюсь, в первые моменты я чувствовала неловкость и даже стыд. Не знаю почему, но когда встала перед зеркалом и Серж подошел и расстегнул на моей блузке пуговицу, которая прикрывала бюстгальтер, я почувствовала что начинаю понимать, в чём собственно всё дело состоит.
Не в том кто ты есть, а в том кем ты должна себя почувствовать!
Ты можешь быть скромницей в белой офисной блузке, но когда эта блузка трещит на тебе, показывая грудь и талию, когда юбка, обтягивает бедра и превращает их не в бёдра, а в инструмент обольщения. Когда становишься на эти невероятные каблуки и видишь в зеркале свою ножку, и она совершенно отличается от той ножки, что была секунду назад, в простой балетке.
Да и эти вещи, почти ничего не делая, вытягивают на свет совершенно другого человека, который живёт в тебе, а ты об этом даже не догадывалась. Всё открывает того, кем должна ты стать – стройной, сексуальной, смелой и немного развратной.
Эта развратность, она только в твоём взгляде и только во взгляде на него, на того мужчину, которого хочешь покорить. Это та развратность, которая просыпается только рядом с ним, с любимым.
Можно конечно применять её к кому-то ещё, и ещё, но тогда это будет уже не та самая развратность, а уже настоящий разврат.
И во всём этом самое лучшее, что у меня впервые в жизни появились подруги. Да мы были подругами по несчастью. Ну как по несчастью, скорее по нашей неопытности, но это сплотило нас так, что я даже перестала стесняться их и они меня.
Я конечно не признавалась, что зовут меня не Оля, и живу я в роскошном особняке за городом, не стоит пугать их раньше времени.
Но придёт время и они точно не пожалеют о том, что подружились со мной.
Глава 13
Что-то она темнит.
Стала какая-то замкнутая неразговорчивая, даже секс стал ещё скучнее.
А что если она действительно задумала со мной развестись?
И что если все те требования, которые я поставил, она просто не может выполнить, ну просто не пришло ещё её время. А я прямо, такой накинулся.
Погорячился. Рано. Не сейчас, пройдёт пять лет тогда и кидайся требованиями.
Опять я про эти пять лет. Не надоело.
Короче, нужно что-то делать. Аня совсем раскисла и даже видно – меня не хочет. Вот дурак, а ведь я играю с огнём. И ради чего, ради какой-то сиськатой дуры, которая даже не понимает, почему она там работает. И ради других дур… ?
Ну ладно пусть не дур, но я не собираюсь терять свою жену ради глупостей. Я всё-таки люблю её. Иногда конечно забываю из-за чего полюбил её по-настоящему, но потом-то вспоминаю.
Люблю и всё. Ни за что. Просто люблю.
И вообще, что-то я действительно стал себе много позволять. Да нет, это просто от радости. Я босс, вот и разгулялись мыслишки.
Но жене верный, очень верный, да и не собираюсь ей изменять.
И я снова задумывался.
После того прихода Ани, признаюсь я несколько поостыл. Даже не от страха потерять всё, что стало мне принадлежать. В тот день я почувствовал, что могу потерять её доверчивое сердце, что своими легкомыслии поступками, могу случайно навредить её трепетной душе.