– Мне кажется, все это добром не кончится.

– Ты о чем?

– Я слышал сегодня разговор двух элементалов-разведчиков. Они говорили про 

Хог-кратер, это там, где по их словам и держаться вражеские машины. Говорили, что со всех сторон это место окружено чем-то на подобии зыбкой магмы. Как в пустыне, только горячее в несколько раз. Упомянули даже кого-то из своих, попавшего в эту ловушку и чуть не зажарившегося в ней.

Антон снова потянулся к бутылке и налил в стакан. 

– Помнишь я говорил тебе о втором разведывательном звене "Рысей?

– Да.

– Похоже их постигла такая участь.

Я пожал плечами.

– Может да, а может и нет. Клан и так слишком много потерял за эти несколько дней. Я вообще удивлен почему хан остался таким спокойным и не запросил вопреки условиям подкрепление с других планет, дабы задавить Отпетых числом.

– Хах, - Антон усмехнулся.
– Как будто ты не знаешь хана. Он слишком принципиален. Он рыцарь. У него есть кодекс, есть честь и достоинство. Он не может забрать обратно данное Отпетым слово. Офицеры его не поймут. Да и противник станет презирать. Кто потом пойдет на соглашение с человеком, который в любой момент может нарушить его?

Антон выпил остатки спиртного, толкнул граненый стакан вперед и попытался встать. Тело повело в сторону, я хотел было помочь, но потом он ухватился за край стола и на секунду задержался.

– Со мной все в порядке...не волнуйся.

– Ты дойдешь сам?

Ответом стал взмах руки. Он всегда так делал, когда не хотел говорить, но отвечать все же приходилось. Двери захлопнулись, кондиционер тут же заработал. В комнате стало прохладно и свежо. Через минуту аппарат автоматически выключился и через несколько секунд наступила тишина. 

 Я взвалился на кровать, совершенно не желая спать. Лампа на столе по прежнему горела слегка приглушенным светом. Я лежал и слушал. ловя мельчайшие звуки доносившие со стороны. Вот кто-то тучный прошел по коридору, свернув в южное крыло. Громкие шаги. широкие... наверняка это были элементалы. Странные они ребята. Выведенные из пробирки воины. Чем-то похожие на вернорожденных, но приспособленные для особых целей. Элитная пехота. Они не раз и не два помогали в масштабных сражениях, уничтожая крупные цели, закладывая взрывчатку в ноги ничего не подозревающим вражеским мехам. Иногда совершали вылазки в тыл врага. Они всегда воевали отчаянно. Почти на пределе возможностей, чем в принципе и оправдывался их скверный характер. 

Все как один сварливые. Мало кто из них заводил дружбы с "не своими", предпочитая иной раз быть в одиночестве, чем пожать руку кому-то иному. Но когда дело касалось войны, вряд ли находились другие добровольцы, способные на безрассудные шаги.

Потом слух уловил писк системы сканирования - шла проверка центральным компьютером всех узлов. Пожаротушение, сигнализация, датчики движения и распознавания "свой-чужой". Маячок у самого потолка, куда я сейчас смотрел уже несколько минут, вдруг вспыхнул ярким огнем. Всего каких-то доил секунду, после чего погас обратно. 

"Значит все в порядке" - подумал я, и повернулся на бок. Спать я вовсе не хотел. Мне было трудно это делать после всего, что произошло. И тот парень... Мне было неприятно, что мальчуган, с золотыми руками ночевал в рабочем помещении. Да, я понимал, что он техник, понимал и то, что члены его касты ночуют в других помещениях и вход в корпус вернорожденных им строго запрещен.

Но, черт возьми, я не мог это так оставить!

Вскочив с кровати, я направился прямиком к дверям. накинув на ходу куртку и закрыв за собой комнату, зашагал к лестнице, где столкнулся с Никитиным, стоявшему у большого окна и я глядевшего вдаль, как будто завороженного.

– Леха, ты что здесь делаешь? Разве ты не...

– Я попросил, чтобы меня выписали раньше времени.

Его тело было замотано в "кокон"- медицинскую броню, способствовавшую быстрому заживлению ранений и ожогов. На лице несколько синяков, у виска, чуть выше буквально на пару сантиметров, виднелся наложенный шов. Были еще ссадины, царапины и прочие мелкие повреждения, на которые ни я, ни он не обращали внимания. 

– Это был глупый поступок с твоей стороны.

– Пожалуйста, старик, не читай нотаций. Мы едва остались в живых, я вообще уцелел только чудом, а ты начинаешь...

– Хану не понравится, что нарушают правила.

– Хан занят другими делами. На меня ему плевать. Я слышал последние новости - все так плохо?

Я помог ему подняться на этаж выше и постарался вкратце ответить на поставленный вопрос.

– Хана поджимают сроки. Совет ждет результата, а его нет. Прибавь к этому большие потери и не самые лучшие отношения с высшими офицерами. Все винят его в провале. 

– А ты?
– спросил Никитин.

– Я? Я просто делаю то, чему меня учили и ради чего я здесь. Видишь?
– я отвернул воротник и показал оголенную часть шеи, куда после прохождения Аттестации наносилась татуировка в виде разинутой волчьей пасти каждому новому пилоту.
– С этой стаей меня уже мало что связывает.