Шрифт:
Гленн вводит в компьютер свои последние изображения и запрашивает поступившие ему сообщения. Большинство оставляет без внимания и открывает пришедшие от Гелиоса. Читая, задумчиво кивает.
«Венера жива-здорова и ждет вас в Нью-Йорке. У меня на уме что-нибудь простое и весьма сентиментальное. Наподобие «Смерти любовников».
С наилучшими пожеланиями, Гелиос
Гленн идет к книжной полке, достает свой экземпляр «Цветов зла» и находит «Смерть любовников».
Постели, нежные от ласки аромата,Как жадные гробы, раскроются для нас,И странные цветы, дышавшие когда-тоПод блеском лучших дней, вздохнут в последний раз.Остаток жизни их, почуяв смертный час,Два факела зажжет, огромные светила,Сердца созвучные, заплакав, сблизят нас,Два братских зеркала, где прошлое почило.В вечернем таинстве, воздушно-голубом,Мы обменяемся единственным лучом,Прощально-пристальным и долгим, как рыданье.И ангел, дверь поздней полуоткрыв, придет,И, верный, оживит, и, радостный, зажжетДва тусклых зеркала, два мертвые сиянья. [18]18
Перевод К. Бальмонта.
Неторопливо кивает. Разумеется, сделать это совсем несложно. Обугленнные тела, разбитые зеркала. Но истолкование будет слишком буквальным.
Гленн Ферниш гордится тем, что подходит к теме немного отстраненно.
Он выходит на собственную страницу и вводит краткое упоминание о последних работах. Размышляет, отправить ли несколько изображений «Задумчивости», потом решает не отправлять. Это может отразиться на их коммерческой стоимости. И довольствуется тем, что вводит несколько вещей из серии «Мученица». Смотрит на счетчик входов в сайт и мрачнеет. Они уменьшаются. Может, пора дать что-нибудь захватывающее?..
Затем Гленн входит в туристский сайт и вводит в компьютер карту улиц. Соединение протекает медленно, и требуется время, чтобы карта появилась полностью. В ожидании он сидит на кровати, скрестив ноги, и неотрывно смотрит на светящийся круг уничтожителя насекомых. Его глаза тускнеют, фиолетовая трубка расплывается. В круг влетает муха, и треск электрического разряда будит Гленна. Он бережно выключает уничтожитель и кладет на кровать рядом с чемоданом. Жестяной поднос полон дохлых мух, он высыпает их в ладонь. Они не тяжелее мякины. Осторожно кладет нескольких в рот и раздавливает зубами. Вкус у них горьковатый, не такой уж противный.
Внезапный звук из компьютера напоминает ему, что времени мало. Он фиксирует карту на жестком диске, потом кладет компьютер в чемодан.
Роб Флеминг пишет племяннице в Оттаве поздравительную открытку с днем рождения, и тут звонок сообщает ему, что поступила электронная почта. Просмотрев ее, он торопливо снимает телефонную трубку и набирает номер.
– Джоан? Муха влетела в паутину.
Через несколько секунд компьютер в компании «Американ телефон энд телеграф» начинает устанавливать, откуда исходил телефонный звонок, посредством которого владелец сайта pictureman.com вошел в свои владения.
На связи он всего несколько минут, потом резко разъединяется.
– Черт, слишком рано, – бормочет Роб. – Этого достаточно, чтобы ты его обнаружила?
– Надеюсь, – отвечает собеседница на другом конце провода.
Он слышит, как Джоан отстукивает команды своему компьютеру. Через несколько минут она сообщает:
– Да, мы обнаружили его. Ручка есть?
Роб тут же набирает другой номер.
– Фрэнк? У нас есть адрес. Это к северу от тебя. Около двухсот миль.
В записной книжке указано, что адрес Ферниша – Гордонз-драйв, 86, и Дан, появившись на этой улице, узнает, что здесь находится пансион. Разумеется, владелица говорит, что Ферниш съехал несколько недель назад, как только получил первую зарплату.
– Нового адреса не оставил?
– Нет.
Черт, думает Этеридж, но неожиданно владелица пансиона добавляет:
– Он снял дом старика Кесслера на Крейвен-роуд; агент по операциям с недвижимостью – мой приятель.
Этеридж благодарит ее и снова пускается в путь. Он уже позвонил нью-йоркским полицейским, сказал, чтобы они обыскали похоронную контору. И слышит, как они, приближаясь, разговаривают по радио.
Дом Кесслера деревянный, небольшой, но хороший. На подъездной аллее нет никаких машин, однако Дан, подходя к дому, впервые за несколько лет вынимает оружие.
Дверь открывается от прикосновения. Воздух зловонный, пахнет гнилой рыбой и чем-то сладким. Дан достает платок, прикладывает к носу, затем входит внутрь.
В доме никого. Лишь несколько фотографий стоят прислоненными к стене у парадной двери, словно Гленн Ферниш собирался уезжать, но решил путешествовать налегке.
Через полчаса Фрэнк снова на связи:
– Роб, я здесь с Майклом Позитано. Мы едем к владельцу телефона.
– Отлично.
Через несколько секунд Флеминг вновь слышит голос детектива:
– Роб, здешние ребята уже побывали по этому адресу. Кажется, птичка улетела. Мы останемся здесь в надежде, что ты сможешь его засечь, когда он остановится.
– И правильно сделаете, – говорит Роб.
– Почему?
– После pictureman.com он переключился на сайт с картами. Ввел в компьютер карту улиц Нью-Йорка.
Ведя в сгущающихся сумерках машину на юг, Гленн замечает, что в окнах домов мерцают выдолбленные тыквы, на улицах собираются дети в костюмах привидений и пугающих масках. Громко смеются. Ну, конечно, Хэллоуин. Он не мог выбрать более удачного времени.