Народ просится на стройку. Кто-то брякнул, что все строители станут членами Бабкиной бригады. А то, что сегодня пригнали три "американских" броневика, только укрепило всех в этом мнении. С чего взяли что это именно американские броневики - непонятно.

Вести разносятся быстро.

Уже прямо сейчас, буквально пятнадцать минут назад, в бэтээре отряд, охраняющий Беду с Шилом, по дороге сюда рассказывал историю со скреббером. О том, как Бабка лихо ушла от несущегося за ней страшилища. Оно прямо за кормой клацало зубами, чуть не откусило фаркоп, но не выдержало темпа погони и отстало.

А ещё Якорь в "Каспии" рассказывал всем о трёх раздолбаных катерах на воздушной подушке, об куче разнесённых в храм пикапов и о грудах обглоданных костей внешников. Это всё описывалось как последствия Пашкиной трудовой деятельности.

Да и насрать, в общем-то. На каждый роток не накинешь платок. Не ходить же по Полису и не объяснять всем и каждому, что всё не так.

В самом конце новостей, Бабка спросила у Беды.

– Бедуля, ты же там поняла расклад сил?

– Да, шеф, в принципе обстановка понятна.

– И как ты думаешь, что тут дальше будет? Какая линия у Алмаза и Фукса? Какие у них планы?

– Они беспокоятся о городе. Алмаз, так тот - вообще... Я же вижу его мысли. А Сашка-Фукс, тот за Ольгу и Анечку переживает. А потом уже о Полисе. То есть он готов костьми лечь за город, только бы его семья в безопасности была.

– Ты знаешь, - продолжала Бабка, - что-то там у нас строительство внезапно развернулось? Не зря мы это дело?

– Если всё пойдет так, как власть задумала, и если мы ей поможем, то - нормально. Жить можно. Не надо никуда уезжать.

Наконец-то этот день тоже закончился.

Скорый хотел завалиться в кровать, обнять Тьму. Но та уже дрыхла. Причем разбросалась по постели, да ещё и легла по диагонали.

Пашка чмокнул её в нос и лёг на Танину кровать.

Только прикоснулся головой к подушке, как тут же вырубился.

* * *

Как обычно, с утра собрались на планёрку.

В разгромленной гостиной гулял прохладный ветер, поэтому устроились в бабкиной каюте.

– Так. Ладно. Через час Беда и Шило уходят в администрацию, заканчивать проверку на вшивость в рядах местной доблестной, бля, бюрократии. Я и Скорый, идём их прикрывать. Обстановка в Полисе накалилась... Когда закончим, съездим, купим стекло и пригласим стекольщика.

Дед влез.

– Да чего же на стекольщика-то тратиться! Купите стеклорез и линейку. И всё. Я сам вставлю.

– Хорошо. Ещё один полезный кадр в нашей компании... Потом... У меня, собственно, всё.

Короткий, как следующий по кругу, выдал свои задачи.

– Нам со Скорым надо поездить по окрестным деревням, ободрать электропровода со столбов.

– Ладно. Тогда сразу после администрации едете вдвоём на броневике по деревням.

Короткий продолжил.

– Потом мы со Скорым выкопаем вокруг пятна яму под фундамент... Может работяги тоже подключатся. Увидят, что мы не опасаемся, ну и присоединятся.

– Всё?

– На сегодня - всё.

– Ванесса?

– Мне необходимо с бригадой обговорить один план...

Многозначительно посмотрела на новенького мальчика.

– Что вы, Владимир, морщитесь?

– Спал очень неудобно. Кровать какая-то вся погнутая, кривая.

– Ну, ещё бы!
– объяснила Бабка.
– На ней кваз ночевал.

Ванесса продолжила.

– Мне необходимо разработать тактику и стратегию. Сначала с вами... Потом уже с повстанцами...

– Так... Вечером - пойдёт?

– Да. Хорошо.

– А сейчас что?

– А сейчас поеду с Аркашей и девочками в Полис, и кое с кем встречусь. И потом, после обеда, поедем с подпольем в Набережные, пригоним автобусов, сколько найдём.

Пашка остановил.

– Подождите Ванесса, ни к чему такую даль таскаться. Съездите сначала в Отрадный. Там, за Магнитом, ПАТП есть, я нарисую где. Там же рядом и автобусное кольцо у жэдэ вокзала. Обычно десяток машин там стоит. Там же и автовокзал, недалеко.

Да, да, - подтвердила Беда, - точно, точно.

И ещё, - добавила Ванесса, - я попрошу тебя, Мила, съездить с нами. Как посоветовал Павел, - в Отрадный. С тобой намного безопасней. Надеюсь ты позволишь воспользоваться твоими броневиками.