Первым делом Бабка оценила обстановку в Пахтаабаде и сообщила, что выехать старым путём не получится, - у реки кучковалась толпа тварей.

– Что они там, суки, забыли?
– Ворчала Бабка.

А Пашка, поняв свою ночную оплошность, покраснел, как девушка. Так опарафиниться! Он совершенно не подумал о том, как они будут выезжать из города.

Милка с подозрением на него уставилась. И Скорый рассказал свои ночные приключения.

Все удручённо молчали... Бабка, тяжело вздохнув, объявила.

– У нас две проблемы. Первая - как выбраться отсюда. Вторая - что делать с пленными. Первая, в связи с твоими ночными, романтическими похождениями, серьёзно усложнилась... Вторая...

Она задумалась. Оглядела внимательно бригаду, потом решилась.

– Надо объединить приятное с полезным. Этих внешников использовать как приманку. Их всё равно надо убивать.

Тьма робко подала голос.

– А может, просто отпустим?

И Надежда, которая сидела, прижавшись к Тане, тоже состроила жалобную физиономию. Эти две пичуги каким-то образом спелись и Габри ходила за Тьмой как привязанная.

– И что? Отдадим им машины, оружие?...

Тьма виновато опустила глаза.

Бабка продолжила.

– Надо их также как Векселя привязать. Повыше. Чтобы не достали... Или если достали, то нескоро... Твари на их вопли подтянутся, а мы спокойно уйдём. Ну, относительно спокойно. Да, именно так... Бекас, есть тут где-то высокие конструкции?

– Есть. Вон там, через забор, цех первичной переработки. Там есть электрическая подстанция, и козловой кран.

– Кран большой? Двадцать девять человек привязать места хватит?

– Должно.

Ванесса подала голос.

– Володю я не позволю убить. Я его с собой возьму.

Бабка поинтересовалась.

– Романтические отношения?

– Не иронизируй, Милка. Он совсем ещё ребёнок. По земным меркам ему - двадцать два. Он талантливый врач. И он... Вы же сами видели. Сущий ребёнок. Аркаша, ты не думай лишнего...

– Я и не думаю.

– Нет, дорогой, ты думаешь. Я ментат, не забывай... Володю я вам не отдам.

Бабка вздохнула.

– Ладно, хорошо. Из оставшихся, кто-то кому-то ещё нужен? Может у кого вопросы к пленным есть?

Вопросов не нашлось.

– Ну и отлично.

Верёвки, конечно, отсутствовали.

Но бригадные поснимали со всех окон шторы, ножами разрезали их на полосы и получилась целая куча достаточно прочных шнуров.

Скорый, хоть и с тяжестью на сердце, но готовился к этой изощрённой казни. Да и всем бригадным это дело было не в радость. Все хмурились и молчали.

Бабка не выдержала, вспылила. Встала посреди зала столовой, упёрла руки-в-боки.

– Ну, что?! Что?!!... Думаете это мне в радость?!... У меня сейчас выбор! Или рискнуть бригадой, или убить три десятка мерзавцев и тем самым спасти всех нас!

Короткий вяло махнул рукой.

– Бабка, да не переживай ты. Мы все, всё понимаем. Тяжело конечно, но надо.

И Скорый добавил.

– Мила, ты опять на себя всё грузишь. Ты снова берёшь всю ответственность на себя. Никто тебя не осуждает.

Он повернулся к бригаде.

– Я прав? Вот скажи Дед, я прав?

– Ну не умирать же хорошим ребятишкам, ради спасения кучки плохих. Я думаю, Господь не осудит.

– Во!! Слыхала?
– Дождался пока Бабка мрачно кивнула.
– Ну и всё. Продолжай командовать.

В три приёма перевезли на неваляхе тела в ограду соседнего цеха.

Бабка "осмотрела" окрестности.

– Тихо кругом. Начинаем. Наверх надо двоих. Кто полезет?

Полезли Короткий и Скорый. Опять пригодились буксировочные стропы. Вот без них прямо никуда. Бабка с Иглой внизу привязывали очередного кандидата не распятие, а Короткий легко втаскивал его на верхнюю ферму. Пашка привязывал бедолаг к решетчатой конструкции. Привязывал намертво, возможно даже перестраховываясь.

На двоих места на несущей балке на хватило и их примотали на опору, на самую верхотуру. Метров семь, не меньше.

С истинных внешников противогазы снимать не стали. А то ещё превратятся в тварей. Пусть уж так.

Закончили. Бабка скомандовала Пашке.

– Буди.

– Зачем.

– Чтобы орали. Привлекали внимание.

Пашка разбудил. И бригада укатила к ставшей уже родной столовой.

Просидели, прождали полчаса.

Бабка поджала губы.