Осторожно прикрыв дверь, я спустилась на кухню. Мне не пришлось ничего делать самой. Один из поваров выслушал мою просьбу и уже через десять минут я с кружкой чая в руках вернулась к начальнице, которая уже уснула и тихо посапывала в обнимку с диванной подушкой.

Поставив чашку на стол, я на цыпочках вышла из комнаты и плотно закрыла дверь, чтобы Лилию Арнольдовну никто не побеспокоил. Хорошо, что она находилась в самой дальней комнате. Вряд ли кто-то туда дойдет.

Идя по коридору, раздумывала над словами начальницы. Стоит ли уходить из фонда, если все так повернулось? С другой стороны, где гарантии, что Грымза не передумает? Наверное, стоит со Стасом посоветоваться…

Погрузившись в свои мысли, я не заметила, что за спиной кто-то появился. Я даже пикнуть не успела, когда меня толкнули и долбанули головой об стену. Мир закружился перед глазами, к горлу подступила тошнота. Оседая на пол, почувствовала, как меня подхватили и прислонили спиной к стене.

— Тихо, девочка моя, тихо, — донесся сквозь вату в ушах голос Никиты, а следом в нос ударил тошнотворный сладковатый запах. — Дыши…дыши…

Я вяло сопротивлялась, отворачивались, но совсем не вдыхать эту гадость не получалось. Сознание уплывало. Тело налилось свинцом. Даже пальцем пошевелить едва получалось. А спустя мгновение все потухло.

— Ох! — затылок обожгло болью.

Виски заломило. Веки будто свинцом налились. От чувства, что сейчас стошнит, я тихо застонала. С усилием открыв глаза, не поняла сразу, где нахожусь. Темно, тесно, еще и эта музыка…

Меня тряхнуло, и я вновь ударилась головой об пол. Зато поняла, что лежу в багажнике машины. Руки за спиной связаны. Ноги тоже. Даже не связаны, а обмотаны скотчем. Намертво.

Часто задышав, почувствовала приступ паники. Воздуха не хватало. От страха тело парализовало. Сердце билось где-то в горле. Во рту пересохло. По щекам покатились слезы. Что Никита собирается делать со мной? Куда везет? Да еще так? Один бог знает, что у него в голове. Я понятия не имела, что делать в такой ситуации. Хоть и училась самообороне. Только сейчас мне приемы Стаса ничем не помогут. Что я могу противопоставить закрытому багажнику? Да еще и обездвиженная.

— Спокойно. Спокойно. Ты выберешься. Ты что-нибудь придумаешь, — шептала, чтобы перестать паниковать.

Я начала ерзать, проверяя, вытащил ли Никита телефон с перцовым баллончиком из карманов. Когда обнаружила, что нет, испытала невероятное облегчение. Наверное, Залетов их не заметил. Значит, Стас, рано или поздно, обнаружит мою пропажу. Увидит, что я уже не в особняке и бросится за мной. Мне всего лишь нужно тянуть время. А еще лучше каким-то образом добраться до телефона и позвонить.

Идеальный план, но с обмотанными скотчем руками выполнить его было практически невозможно. Поскуливая от боли в плечах, потянулась пальцами к молнии. Никак. Не дотянулась, но сдаваться не собиралась. Перевернулась на живот и попробовала снова. И еще раз. И еще. Когда уже потеряла надежду, ухватилась за бегунок и, стараясь удержать его в пальцах, потянула вниз. От напряжения и духоты вспотел лоб. Капля пота скатилась по носу до кончика и зависла, раздражая и отвлекая от дела.

Полностью расстегнуть молнию не получилось, но мне было достаточно и небольшой дырочки, чтобы выудить телефон. Повезло, что карман неглубокий.

— Еще немного, еще чуть-чуть. Только не урони, — подбадривала себя, вытягивая трубку дрожащими пальцами.

Лишь почувствовав гаджет плотно лежащим в руке, поняла, что все это время не дышала. Немного передохнув, нащупала пальцем кнопку блокировки и нажала. Теперь провести пальцем по экрану… Включился или нет?

Во время тренировок Стас заставлял меня до посинения изучать клавиши и вслепую набирать его номер, который всегда должен числиться первым в списке вызовов. Нажать. Еще раз. Я замерла, стараясь услышать гудки, но из-за громкой музыки так и не поняла, дозвонилась или нет.

— Стас, помоги! Стас! — выкрикнула, надеясь, что все-таки дозвонилась. — Я связанная в багажнике машины!

Музыка резко выключилась. Машина начала тормозить. До слуха донесся приглушенный родной голос. Слов не разобрать, но от радости, что у меня получилось, чуть не взвизгнула, вовремя вспомнив о том, что это еще не конец.

— Пожалуйста, быстрее! — выпалила и, сбросив звонок, поторопилась засунуть телефон обратно в карман.

Услышав, как хлопнула дверь, запаниковала. Ведь если Никита поймет, что я кому-то звонила… Даже не знаю, что, но явно ничего хорошего. Снаружи раздавались тяжелые шаги. Руки тряслись, а трубка никак не пролезала в карман. Я чуть сознание не потеряла от леденящего ужаса.

Щелкнул замок багажника. Внутри все похолодело. Я остервенело засовывала несчастный телефон в платье и уже отчаялась, но в последний момент добилась своего.

— Проснулась. Это хорошо, — фигура Залетова нависла надо мной, загораживая обзор.

— Никита, что ты делаешь? Зачем…

— Тихо, не раздражай меня, — закрыв мне рот, протянул бывший.

От его безумного взгляда почувствовала, как волоски на теле встали дыбом. От человека, с которым я два года встречалась, не осталось ничего. Передо мной стоял выживший из ума, которому срочно требуется обследование психиатра.