Дверь кабинета закрылась, приглушив музыку в зале. Директриса повернулась и с её лица исчез даже намек на улыбку.

— Как много тебе известно? — без предисловий спросила она.

— Все. — понять, о чем говорит женщина было несложно.

— Я догадываюсь, кто тебе открыл всё. — директриса присела на край стола. — Ты кому-либо еще рассказывала?

— Конечно же нет! — возмутилась Эмилия. — Это не моя тайна. Да и Фенрир открылся мне случайно. В большей степени из-за того, что возвращал долг моей семье.

Миссис Коупленд встала.

— Как оборотень оказался у вас в долгу? — она недоверчиво прищурилась.

— Если коротко, то мы с папой спасли его от смерти. — этот разговор начинал раздражать.

Неожиданно у директрисы округлились глаза.

— Так это ты? До меня дошли слухи, что какая-то девушка замешана в истории с заварушкой между кланами, но думала это та девица, которую никак не могут поделить мои племянники. — женщина подошла впритык и взяла в руку кулон. — Никогда бы не подумала, что ты можешь быть в такое впутана.

Она снова повернулась и села уже в кресло учителя.

— Скажу тебе одно, Сандерс: защита целого рода оборотней многого стоит. А двух — это почти неприкосновенность. Не смотри на меня так, конечно же я знаю, что кому-то была обещана защита и кров дома Ливертонов! Нетрудно догадаться теперь, что это ты. И все же это не значит, что в школе у тебя будут поблажки вроде сегодняшнего освобождения. Это было в первый и последний раз, поняла?

— И в мыслях не было! — и правда не было. Она просто не подумала об этом. — Я могу идти?

— Да, ты свободна. — Эмилия уже взялась за дверную ручку, когда женщина снова заговорила. — Научись давать отпор этой Кимберли. Она хоть и человек, а та еще заноза в заднице.

Эмилия хихикнула и наконец выбралась в спортзал.

Музыку уже сменили на медленную и по танцполу лавировали парочки. Кто-то успел воспользоваться отсутствием на посту директора и то тут, то там были видны студенты.

— Вот ты где, — послышался над ухом взволнованный голос. — Что ей было от тебя нужно?

— Просто поболтали, — уклончиво ответила Эмилия. — О девичьем.

Фенрир подозрительно посмотрел на нее, но вопросов больше не стал задавать.

— Пошли танцевать, — почти приказал он.

Права голоса у неё здесь явно не было, так что через пару секунд Эмилия уже была в объятиях Фенрира в толпе таких же обнимающихся парочек.

«Успокойся, Эмилия! — сама себе приказала девушка. — Он ведь слышит, что ты нервничаешь!»

Напоминание о возможности Фенрира угадывать её эмоции заставило сердце колотится ещё чаще.

Парень надежно придерживал Эмилию за талию, уберегая ту от возможности оступиться. Его ладонь уверенно, но нежно держала тонкое девичье запястье. Фенрир явно умел танцевать.

«Интересно, их в семье этому учат? Или у него это врожденное?»

— Я скоро начну думать, что у тебя проблемы с сердцем, — прошептал Фенрир. Эмилия почувствовала, как его горячее дыхание шевелит локон возле её уха.

— Хватит подслушивать, — капризно сказала девушка. — Я ведь не могу вот так просто узнать, что у тебя твориться с эмоциями.

— Ты бы и не смогла, — похвастался Фенрир. — Нас с малых лет учат контролировать свой пульс. Я неприступен для детекторов лжи или волчьего слуха. Я полностью контролирую сердцебиение.

«Вот зазнайка!» — подумала девушка. Так и захотелось его обломать. А что если…

Она осторожно положила левую ладонь на его грудь и замерла, прислушиваясь к равномерному стуку. Тук-тук, тук-тук — как часы. Эмилия подняла лицо и посмотрела прямо в желтые глаза, что успели стать почти родными. Она нервничала и была в курсе, что Фенрир знает это.

Эмилия убрала руку от груди Фенрира и положила на его затылок. Пальцы наткнулись на густую шевелюру. Она мягко, но настойчиво наклонила его к себе.

Парень поддался очень легко. Он склонился и теперь его лицо было всего в сантиметре от лица Эмилии. Она чувствовала горячее дыхание возле своих губ. Девушка медлила.

Фенрир взял все в свои руки. Он наклонился, преодолевая последние миллиметры. Мягкие губы коснулись её. Такие горячие, что Эмилия невольно сравнила их со свежим кофе. Он крепко прижал её к себе, за что девушка была очень благодарна — ноги в этот момент совсем не держали.